Выбрать главу

Все встали с мест и стали горячо пожимать профессору руку.

— Вы оказали отечеству огромную услугу, — с чувством сказал ему министр обороны.

— Не одному только отечеству, но и всему человечеству! — прибавил морской министр. — Ибо отныне войны будут носить бескровный характер.

* * *

Это историческое заседание произошло 18 мая. А 21 мая с аэродрома, расположенного на самом театре военных действий, поднялся огромный трехмоторный бомбовоз, на котором, кроме пилота и бомбометателя, сидели не совсем обычные пассажиры: члены совета национальной обороны и проф. Кольбер.

Аэроплан быстро набрал высоту, поднялся на 3000 метров и в течение нескольких минут летел над расположением неприятельских войск.

— Нас сейчас встретит салютом зенитная артиллерия! — с усмешкой, в которой угадывалась тревога, сказал военный министр.

— Мы ее предупредим, — ответил профессор. — Сбросьте бомбу! — крикнул он в рупор бомбометателю.

Две минуты спустя снизу донесся заглушенный треск, а над землей поднялось светло-серое облако, которое постепенно расползалось и скоро покрыло туманной пеленой площадь в несколько кв. километров.

Сидевшие в аэроплане пристально смотрели в полевые бинокли вниз.

— Мы можем спуститься пониже, — сказал профессор.

— Чтоб лучше рассмотреть действие нашей бомбы с сомна-литом.

Скоро бомбовоз медленно летел над самым расположением неприятельских войск.

— Да, все погружено в глубокий сон, — с радостью констатировал министр обороны. — Спят солдаты, неподвижно застыла моторизованная колонна, прислуга зенитной артиллерии точно окаменела перед своими орудиями. Совсем как в сказке, — заколдованное царство!..

В эту минуту над ними раздался треск мотора.

— Неприятельский аэроплан! — одновременно крикнули несколько человек.

— Мы сейчас усыпим и летчика и бомбометателя! — отозвался профессор. — А ну-ка, пальните в него сомналит-ной пулькой! — приказал он по рупору.

Бомбометатель тотчас же выстрелил во вражеский аэроплан. В то же мгновение в воздухе показалось легкое облачко, — и аэроплан камнем упал вниз.

— А теперь, — сказал профессор, — давайте совершим экскурсию к ближайшему неприятельскому аэродрому.

Сто километров, отделявших их от этого аэродрома, они пролетели в каких-нибудь десять минут. Поднявшихся им навстречу летчиков они быстро усыпили с помощью нескольких начиненных сомналитом зарядов, а потом сбросили сомналитную бомбу в 12 килограммов весом на сам аэродром. Через несколько минут весь он был погружен в глубокий сон.

— Отдохните, голубчики! — усмехнулся профессор. — Вы здорово устали.

— Сколько времени они будут спать? — спросил министр авиации.

— Ровно неделю.

— Это время можно было бы прекрасно использовать. Например, забрать у них все аэропланы.

— Конечно, можно, но этим вы уж потом займетесь. Можете потом забрать у неприятеля аэропланы, орудия, снаряды, — все что угодно. Меня пока что интересует опыт усыпления армии в широком масштабе. После этого моя роль будет окончена. Слово будет за вами, военными.

— Вот что, дорогой профессор! — обратился к нему морской министр. — Мы получили сведения, что большая неприятельская эскадра собирается бомбардировать наши береговые укрепления. Нельзя ли ее усыпить? Мы бы до нее долетели в какой-нибудь час.

— Боюсь, у нас тут для целой эскадры пороха, т. е. сом-налита, не хватит. Но если угодно, мы пока что усыпим адмиральский броненосец. Потом можно будет слетать за новым запасом сомналита.

Час спустя адмиральское судно со всем главным коман-довашем и тысячью с лишним человек экипажа превратилось в заколдованное сонное царство…

* * *

…Банкет, устроенный в честь изобретателя сомналита, профессора Кольбера, был в полном разгаре.

Премьер постучал ножом по бокалу в знак того, что хочет говорить. Водворилась тишина.

— Разрешите мне, господа, от имени всех здесь собравшихся, от имени всей нации, выразить глубокую признательность глубокоуважаемому проф. Кольберу! — заговорил он. — Благодаря ему мы одержали бескровную победу над нашим могущественным, прекрасно вооруженным врагом. Благодаря ему, кровопролитные войны с бесчисленными жертвами раз навсегда отходят в область печального прошлого. До сих пор спорные вопросы между народами разрешались огнем и мечом, морями крови, они соперничали друг с другом во взаимоистреблении, в жестокости и бес-пошадности. Отныне международные конфликты 6удут разрешаться безобидным и безболезненным способом.

ОБ АВТОРЕ

В биографии журналиста, переводчика и писателя-фантаста Наума Яковлевича Когана (Кагана), подписывавшего свои литературные труды псевдонимами «Н. Тасин», «Н. Яковлев» и др., множество белых пятен, и наметить ее можно лишь пунктиром. Н. Я. Коган родился в Могилеве 8 апреля 1873 г. и в молодости участвовал в революционной деятельности. Был членом РСДРП (меньшевик). В феврале 1904 г., находясь в ссылке в Якутске, участвовал в вооруженном протесте ссыльных (т. наз. «романовский протест»); как и все «романовцы», был приговорен к 12 годам каторги. По пути на каторгу бежал из селения Урик под Иркутском, с фальшивым паспортом пробрался за границу. Жил в Париже, во время революции 1905 г. скупал в Париже и Лондоне чужие заграничные паспорта, с помощью которых около 150 политических эмигрантов (среди них и сам Коган) вернулись в Россию. В том же году был арестован по делу об организации динамитной мастерской в Петербурге.

В 1910-х гг. жил во Франции, переводил на русский язык П. Ме-риме, Э. Золя и др., печатался в российской периодике («Русское богатство», «Современный мир» и др.), опубликовал книгу «По воюющей Франции» (Пг., 1915). До 1918 г. издавал газету «Отклики». За высказывавшиеся в ней пацифистские взгляды был выслан из Франции, жил в Испании; в совершенстве овладел испанским, в 1919–1921 гг. опубликовал на испанском книги «Русская революция и ее корни», «Диктатура пролетариата» и «Герои и мученики русской революции», заинтересовавшие В. Ленина. Переводил на испанский произведения П. Кропоткина, Л. Троцкого, В. Ленина и А. Керенского, русских классиков — Л. Толстого, А. Чехова, В. Короленко, Л. Андреева, М. Горького, Ф. Сологуба и пр. С 1921 г. жил в Берлине, публиковался в газ. «Дни», журн. «Русская книга». В 1922 г. в Берлине вышел НФ-роман Тасина «Катастрофа», повествующий о вторжении на Землю инопланетян-зоотавров (испанская версия, расширенная автором, вышла в 1924, чешский перевод — в 1928 г.).

Позднее Тасин обосновался в Вене, где женился на немке из Данцига по имени Амалия; в 1926 г. у них родился сын Александр-Абель. В это же время Тасин стал венским корреспондентом рижской газ. «Сегодня», где публиковал многочисленные очерки, интервью, заметки о нравах, научных изобретениях и т. п., которые часто демонстрировали интерес писателя к футурологии и межпланетным путешествиям. Здесь же увидели свет почти полтора десятка рассказов, преимущественно научно-фантастических. В 1936 г. на чешском яз. был издан НФ-роман Тасина «Zlato». После гитлеровского «аншлюса» 1938 г. Тасин с семьей покинул Вену и поселился в Лиепае под фамилией Kagan-Tassin. Его последний известный НФ-рассказ «Новое оружие» — мечта о «бескровном» оружии, которое сможет навсегда покончить с войнами — был напечатан в «Сегодня» 1 июня 1940 г. По сведениям исследователей Холокоста, Тасин был убит немцами и их местными пособниками в Лиепае в 1941 г. (т. е. либо во время массовых расстрелов евреев в октябре 1941 г., либо во время расправы с узниками лиепайского гетто в декабре того же года). Судьба его жены и сына остается неизвестной.