— И что, — перебила Эйприл, — получив одежду, домовик просто уйдет, и все?
— Да. Вы не поверите, мисс, но для преданных семейству домовиков это настоящая трагедия… По-моему, это наказание ничем не хуже пыток, — завершил он, взял зеленое платьице и отдал сундучок Добби. — Итак, Элси…
— Сэр, а домовика можно поймать и допросить? — снова перебила Эйприл, и Люциус уронил вещицу себе на колени. — Ну вы так сказали, что ваши вот не могут нарушить приказ, даже если очень захотят. Хотя Элси смогла… правда, убить меня не убила. Хотя, может, дело в том, что я не волшебница… Но если над домовиком не будет вообще никакого приказа, тогда как? Тогда он сможет рассказать о бывших хозяевах? Эй, что с вами?..
— Ничего, просто я идиот, — будничным тоном произнес он, подобрал платьице и сунул в услужливо поданный Добби сундучок. — Я чуть было не совершил второй самый опрометчивый поступок в своей жизни.
— А каким был первый, сэр?
— Вам об этом знать ни к чему, — отрезал Люциус. — Добби, убери это самое.
Тот испарился, а Элси вытерла слезы и преданно уставилась на хозяина.
— В доме тебя оставлять опасно… — протянул тот. — Что ж, Элси, я не стану тебя изгонять, но найду тебе более подходящее занятие… Отправляйся на конюшню, будешь выгребать навоз, пока я не решу, что ты достаточно наказана. Исполняй!
— Хозяин, — всхлипнула она, но ослушаться не посмела и исчезла.
— Это не смертельно, но страшно унизительно для такой важной, согласно иерархии домовиков особы, как она, — пояснил Люциус. — Однако, мисс, вы избавили нас всех от больших неприятностей… Если бы кто-то пронюхал, что я выставил Элси… — Он махнул рукой. — Но вам нужна другая прислуга. Добби я отдать не могу, пусть лучше этот чурбан будет под моим присмотром… А вам я дам…
— Кого-нибудь безобидного! — вставила Эйприл.
— Ну разумеется… Молли! — расплылся он вдруг в улыбке. — Молли!
— Да, хозяин? — еле слышно прошелестела совсем маленькая, какая-то скрюченная то ли от страха, то ли от холода домовушка в потрепанной хламиде из мешковины.
— Ты теперь будешь прислуживать мисс Кимберли, — указал он на девушку, — и моему сыну.
Молли вытаращилась так, что Эйприл всерьез забеспокоилась, как бы у нее не выпали глаза.
— Хозяин шутит? — робко спросила та.
— Хозяин не шутит, — ответил Люциус. — И смени это тряпье на что-нибудь почище!
— Сэр, а если наши с Драко приказы войдут в противоречие, тогда что? — спросила Эйприл с интересом. — Скажем, я запрещу конфеты, а он потребует…
— Хм… — задумался мужчина. — Молли, ты будешь исполнять приказы моего сына, только если тебе позволит мисс Кимберли, понятно?
— Да, хозяин! — выпалила та, глядя на него с искренним обожанием.
— Тогда ступай, — махнул он рукой и пояснил, когда Молли исчезла: — Это самая младшая из здешних домовиков, для нее нет дела, а ходить в подручных в зрелые годы для них еще унизительнее, чем возить грязь вместе с конюшенниками. И, главное, она никогда не видела магглов, и ей все равно, кто вы, лишь бы отдавали приказания.
— Ясно, сэр, — задумчиво сказала Эйприл. — А я хотела бы принести извинения мистеру Фенелли. Без него, боюсь, нам пришлось бы туго.
— То есть вы больше не будете возражать против компани этого достойного джентльмена? — изогнул бровь Люциус.
— Джентльдога! — выпалил Драко и засмеялся, а за ним и взрослые.
— Идемте к столу. Держу пари, вы смертельно проголодались со всеми этими перипетиями, — произнес хозяин дома и направился к выходу. — Что такое, мисс?
— Вы хотите сказать, что сядете за один стол с магглом, да не бизнесменом или политиком, а обычной девицей? — удивленно спросила Эйприл.
— А я разве мало вам вчера рассказал? Маг, маггл, был бы человек хороший, — весомо ответил Люциус, подхватил Драко и спросил: — Ну и чего же вы ждете, мисс? Сейчас Фенелли займет ваше место!
— Я этого не переживу, — согласилась Эйприл и пошла следом.
«Ну и домишки, — весело подумала она. — Ну и делишки!»
После чинного обеда (Люциус все поглядывал на Эйприл, будто опасался, что она начнет есть суп вилкой, а жаркое ложкой) девушка уложила Драко — тот, утомленный насыщенной событиями первой половиной дня, моментально уснул, — а сама вышла проветриться.
Стоя у балюстрады широкой лестницы, она с удивлением заметила Люциуса — тот возвращался со стороны конюшен, и, заметив Эйприл, постарался принять равнодушный вид.
— Тоже прогуливаетесь, сэр? — спросила она.