Лалэ покачала головой.
- Хорошо, если так. А вот в моем тресте лишнего гвоздя не найдешь.
Кудрат взял тонкий ломтик белого хлеба и намазал сначала маслом, потом икрой.
- Я имею в виду другие материалы, - заметил он. - Знаешь, чего нам недостает? Бурильных труб. Те, что мы поднимаем из заброшенных скважин, скручены, как пружина. Сейчас мне дозарезу нужно тысячи три метров труб. Большая часть машинного оборудования нуждается в капитальном ремонте. За что ни возьмись, все требует обновления или перестройки.
- Но дела у тебя, кажется, не так уж плохи. Выполнение плана поднялось до восьмидесяти пяти процентов. А я вот все топчусь на месте... - заикнулась было Лалэ, но тут же оборвала себя и, помолчав, спросила мужа: - Скажи, а почему ты вернул обратно моих людей?
- Каких людей?
- Мы в порядке социалистической помощи послали вам три бригады.
- А-а... - брови Кудрата взметнулись вверх. - Да, мы их отослали обратно.
- Почему? Разве вам не нужно выходить из прорыва?
- Разумеется, нужно, - ответил Кудрат, не переставая жевать. - Видишь ли, приходится думать не только об итогах этого года. Гораздо важнее завтрашний день наших битв на море.
Лалэ недоуменно пожала плечами.
- Что это означает?
- Выключай, - сказал Кудрат, указывая на булькающий чайник. - Это значит, что я занят воспитанием и подготовкой молодежи. О ней нельзя забывать ни на минуту. Последние события, в том числе и случай с Мехманом, доказывают, что воспитание и обучение молодой гвардии нефтяников не менее важно, чем сама добыча нефти...
- Странная логика, - не поняла Лалэ. - Какое же отношение к этому имеет твой отказ принять наши бригады?
- Прямое. Пусть ребята с самого начала привыкают работать сами, ни на кого не надеясь.
- По-моему, наоборот, - возразила Лалэ. - Молодежь должна все время чувствовать поддержку. Помощь только укрепит ее уверенность в себе.
Кудрат твердо стоял на своем:
- Чувство уверенности воспитывает сама наша действительность. Я же имею в виду самостоятельность в работе. Молодежь должна учиться, смелее искать и находить. Конечно, ей всегда помогут мастера, инженеры.
- Дружеская помощь в работе тоже необходима. Послушать тебя - так из нашей молодежи должны вырастать какие-то герои Джека Лондона с их честолюбивой жаждой личного успеха.
- Вот тут уж я не вижу никакой логики, - сухо проговорил Кудрат. Общественный характер нашего производства не дает развиваться подобным эгоистическим настроениям. Рабочего у нас вдохновляет не личная жажда славы или наживы, а социалистическое сознание того, что вся наша промышленность общее народное достояние.
- Ты, кажется, начал читать мне лекцию по политэкономии? Не забывай, что большинство ребят приходит к нам из деревни.
- Ну и что же? В деревне у нас тот же общественный характер хозяйства...
Прислушайся кто со стороны к беседе супругов, мог бы подумать, что в столовой Исмаил-заде в этот поздний час происходят политзанятия.
Лалэ напомнила:
- Ведь не так давно ты сам жаловался, что у тебя нехватает рабочих рук. А теперь отказываешься от помощи. Все-таки не понимаю: почему? У меня сейчас как раз есть возможность... вот я и решила послать несколько бригад...
- И прямо к уста Рамазану.
- Ну и что же?
- Как, то есть, что же? Ты не слыхала, что он ответил?.. - Кудрат, не сдержавшись, громко расхохотался. - Кажется, твой бригадир так и не понял того, что сказал ему уста Рамазан.
Лалэ покраснела, словно сказанное старым мастером относилось непосредственно к ней.
- Если уста Рамазан не нуждается в помощи, можешь послать наших рабочих на другие буровые...
- Послушай, жена, - серьезно заговорил Кудрат, - никаких бригад я у тебя не прошу. Сейчас я больше всего нуждаюсь в тракторах. Если хочешь помочь, пришли три трактора...
- Вот этого-то я и не могу сделать. У нас тракторов тоже нехватает... За войну техническое оборудование износилось, новое поступает пока медленно. А ведь мне тоже приходится увеличивать количество ремонтных бригад, - думаю ввести в эксплуатацию все заброшенные скважины.
- И правильно! - одобрил Кудрат. - Восстановить заброшенные скважины дело немаловажное. Некоторое время еще можно держаться за их счет. Однако... - он помолчал немного, погрузившись в размышления, затем продолжал: - Радикальный выход из положения могут дать только новые разведки нефти.
В дверях появилась Тукезбан.
- Мало вам этих разговоров там, у себя, - не наговорились?.. - Она недовольно покачала головой и обратилась к сыну: - Я нагрела тебе воду, сынок. Иди в ванну, а потом сразу ложись, дай отдых телу.
- Ах, -мама, ну почему ты не спишь? - Кудрат поднялся из-за стола и, обняв мать за плечи, отвел ее в спальню. - Напрасно ты встала. Мы бы и сами все сделали.
Продолжая ворчать, Тукезбан улеглась в постель. Кудрат вернулся к Лалэ.
В это время послышались звуки скрипки из соседней квартиры. Это играл инженер Минаев.
Кудрат прислушался.
- А хорошо играет сосед. Не понимаю, почему такие музыкальные люди идут в инженеры, а не становятся артистами, композиторами?
Лалэ улыбнулась.
- Он музыкант по натуре и изобретатель по складу ума. Сейчас много работает над новым изобретением. А когда слишком устает, берется за свою скрипку. Может быть, музыка его и вдохновляет.
- А что это за новое изобретение? - сразу насторожился Кудрат.
Он давно уже знал, что Минаев способный изобретатель, и одно из его изобретений даже испробовал на промыслах, где раньше был управляющим. Испытание дало тогда прекрасные результаты, а Кудрат хорошо использовал все выгоды от этого изобретения для ускорения производственного процесса.
Лалэ все время интересовалась новым изобретением Минаева и торопила его. Но заговорила она об этом с мужем впервые.
- Это изобретение, - сказала она, отвечая на вопрос Кудрата, - может стать благодетельным новшеством в технике бурения. Скорость проходки скважин возрастет намного.
- Почему же ты об этом не говорила мне? Нашему тресту очень нужно такое изобретение. Ведь у нас сейчас бурится больше новых скважин, чем в других трестах.
- Не говорила потому, что сам Дмитрий Семенович считает такие разговоры преждевременными. Пусть это останется пока между нами. Когда он кончит, сам будет всюду говорить о своем изобретении.
Кудрат встал и, взяв с пианино свежие газеты, начал просматривать их. В наступившей тишине звуки скрипки доносились еще отчетливее. Минаев играл что-то грустное.
Прошла еще минута, и скрипка умолкла на высоких вибрирующих звуках.
Кудрат, увидев в газете что-то особенно поразившее его, вдруг резко обернулся к жене. Лалэ заметила, что он даже побледнел от волнения.
- Что с тобой, Кудрат? - спросила она, тоже волнуясь.
Сердито хлопнув рукой по газете, Кудрат указал на заметку, напечатанную на третьей странице. В ней говорилось о том, что из передового треста Лалэ Исмаил-заде послана помощь рабочей силой тресту Кудрата Исмаил-заде. Заключительные слова заметки о "вдохновляющем примере" передового треста были напечатаны жирным шрифтом.
- Кто же просил у вас помощи? - крикнул Кудрат, потрясая газетой. Какая чепуха! Все эти разговоры о нехватке рабочих рук только мешают мне, расхолаживают людей.
Лалэ тоже поднялась из-за стола.
- Успокойся, Кудрат, зачем же кричать? Что подумают соседи, если услышат?
- Я буду протестовать официально! - так же громко продолжал Кудрат, все более раздражаясь.
- Ну, не хочешь помощи, не надо, - примирительно сказала Лалэ. Соревнование - не конкуренция. Мы хотели, чтобы победителями оказались оба треста.
- Но кто дал материал в газету? Неужели мои люди столь беспомощны, что их нужно брать на буксир?