Наверно, читателю так и хочется сказать: «Остановись на этом, автор. Мы и сами все это читали. Лучше расскажи, как ходят по болотам профессионалы. И мы воспользуемся этим опытом».
Трудно ходить по болотам. Мы очень при этом устаем, часто бываем мокрыми с головы до ног, но тонем редко. Мы знаем, где можно идти, куда ступить, какая кочечка и дернинка удержит, а где лучше и не пытаться пройти. Но, к сожалению, такой «справочник» не напишешь. Дам лишь несколько рекомендаций, причем отдельно, по разным типам болот: низинным, переходным, верховым.
Осоковые и крупнотравные болота, даже если вода стоит на поверхности (иногда на 5-10 см), не опасны для ходьбы: переплетения корневищ столь плотны, что легко выдерживают тяжесть человека. Но если Вы попали в зыбун — то будьте сверхосторожны. Зыбуны чаще всего образуются путем зарастания водоемов сплавиной (из вахты, сабельника, калужницы и др.). На большей части они прочны: колеблются под ногами, как волны на озере, но не прорываются. Опасны здесь «окна» — незаросшие или слабо-заросшие участки. Они внешне могут не очень отличаться от остального покрова. В них лишь реже растения, да воды сверху побольше. Но это настоящие ловушки. Поэтому, идя по зыбуну, непременно возьмите с собой длинную палку. Опасность может подстерегать и на зарастающих озерах или ламбушках, особенно вблизи воды. Сплавины здесь не всегда уплотнившиеся, поэтому к самой воде лучше не подходить.
В черноольховых болотах, где чередуются высокие кочки с деревьями и глубокие обводненные межкочья, ослаблять внимание при ходьбе нельзя ни на минуту. От кочки до кочки расстояние иногда довольно большое — не перепрыгнуть. Значит, Вы вынуждены перебираться по топяным межкочьям. Если в них есть корневищные растения (вахта, сабельник, тростник, камыш озерный), можно попробовать наступить на этот ковер, предварительно проверив его прочность палкой. Он часто выдерживает тяжесть человека. Вы можете черпнуть воды в сапоги, но переберетесь на следующую кочку. Бели же перед Вами «черная жижа», не покрытая растениями, лучше не пытаться идти по ней: провалитесь по пояс.
А как дело обстоит с переходными болотами? При однородной растительности (сфагны с осоками или травами) ходить можно смело и не думать о неожиданностях. Зато аапа болота с их комплексами часто бывают непреодолимой преградой. И особенно в том случае, когда мочажины очень широкие (50-100 м), а растительность в них редкая. К тому же многие растения, типичные для таких мочажин (некоторые осоки, очеретник бурый, росянка длиннолистная), имеют слабую корневую систему и не выдерживают ни малейшей тяжести, тем более человека. Провалиться здесь по пояс и глубже проще простого. Выход, конечно, есть: обойти такую мочажину вокруг, по гряде.
На верховых болотах тоже встречаются места, практически непроходимые, и среди них крупные сфагновые очень обводненные мочажины с редкой шейхцерией или осокой топяной. Здесь Вы провалитесь, но не очень глубоко: все-таки торф на глубине уже 0.5 м довольно плотный. Зато лучше никогда не пытаться переходить «черные» мочажины без растений, где торф насыщен водой до предела. Это жидкая масса остатков растений, взвешенных в воде. Бывают, правда, такие регрессивные комплексы, когда в мочажинах сохраняются редкие кочечки пушицы влагалищной. Бели они хотя бы на расстоянии шага и размеры их «со ступню», пройти можно, хотя риск провалиться есть. Главное условие — наступать легко и ни в коем случае не прыгать, иначе кочечка, как бы висящая над разжиженным слоем торфа, прорвется. И, конечно, в любом случае следует иметь при себе длинный шест. Последний, самый главный совет: никогда не паникуйте. Если Вы провалились и у Вас нет палки, ложитесь на бок, увеличив тем площадь опоры, и выползайте.
Естественно, это лишь отдельные штрихи в особой «науке» ходьбы по болотам. Каждый из Вас, побывав на болотах 2–3 раза, быстро наберется собственного опыта. Но лучше, если рядом с Вами знающий человек. «В распутицу хляби не одолеть. В болотах держитесь трилистки. Бойтесь ключей и обходите каждое бучило», — так напутствовал проводник топографа В. М. Питухина. А студенты, работавшие с нами на болотах, представляют это так: