Будет ли он писать мне всё также письма? Вернётся ли он вообще из пучины войны? Или она поглотит его и унесёт с собой так же, как моего брата?..
— А какие прогнозы на этот счёт имеются? — осторожно спросила я.
— Пока рано что-либо прогнозировать, Александра Ивановна. Но многие надеются, что турки быстро уступят.
— Быстро — это когда?
Из школьного курса истории я знала, что эта война закончилась спустя год победой Российской Империи и капитуляцией Османской империи, но всё равно не могла не переживать. Мало ли, вдруг в этой версии реальности что-то пойдёт иначе.
— На всё воля божья, — неожиданно ответил Булыгин.
Мягко говоря, меня это поразило.
— Стало быть, в бога вы всё-таки верите?
Василий внимательно посмотрел в мои глаза. Повисла пауза в разговоре.
Затем он произнёс:
— Многие вещи, Александра Ивановна, происходят помимо человеческой воли. Как это называть: судьба, рок или божий промысел — не так уж важно. Важно, что человек не властен надо всем, что его окружает, хоть и велики возможности, а случайности и стечения обстоятельств продолжают довлеть. Они неизбежны и иногда необратимы. Однако в редких ситуациях и они могут быть приятственны.
— Например?
Мы остановились посреди улицы, глядя друг на друга. Вроде бы ничего особенного Василий Степанович не сказал, но у меня сложилось такое впечатление, что какую-то часть речи он умышленно не договорил. И почему-то мне очень хотелось узнать, о чём же он молчит.
— Например, погода, — заявил он и увёл взгляд в сторону, резко закончив свою мысль, будто бы вовсе не на той ноте, что желал. — Как вы относитесь к пирожным, Александра Ивановна?
Из-за внезапно перемены темы беседы я не сразу поняла, к чему такой вопрос.
— Не знаю… Нормально отношусь. А что?
— Да поговаривают, в «Сиу и Ко»* недурственные шоколады готовят, — он показал на вывеску, висевшую на фасаде здания, рядом с которым мы стояли. — Вы случайно не пробовали?
— Не имела чести.
— А жаль, — выдал Булыгин и повернулся ко мне. — Что ж, благодарю вас за прогулку.
— Благодарю взаимно, — откликнулась я, не без сожаления поняв, что на этом наш общий вечер завершается.
Причём на какой-то странной и непонятной ноте. Я чем-то обидела Василия? Вроде бы ничего дурного не сказала…
— В таком случае сейчас найду извозчика, — сообщил он.
Спустя полчаса мы добрались к воротам Аптекарского огорода.
Василий Степанович покинул экипаж первым и снова поухаживал за мной, чтобы я смогла спуститься со ступеней при его поддержке.
— Хорошего вечера, Александра Ивановна. И добрых снов.
— Вам так же, Василий Степанович.
Я собиралась развернуться и уйти. Однако Булыгин вдруг взял меня за руку без разрешения и понёс мою кисть к губам. Оставил короткий поцелуй, что я даже опомниться не успела, и тут же отпустил, развернулся к карете и сделал шаг обратно на ступеньку.
В следующий миг он покачнулся. Из его горла вырвался какой-то мучительный стон.
————————
«Сиу и Ко» — торговый дом, основанный французским предпринимателем Адольфом Сиу в 1855 году в Москве.
Предприятие производило парфюмерию и кондитерские изделия. Ассортимент был обширным и постоянно пополнялся: семейное предприятие выпускало печенье, конфеты, пастилу, нугу, вафли, пряники, торты, пирожные и мороженое, а также кофе и какао.
С 1908 года кондитерские изделия стали выпускаться под маркой «С. Сиу и Ко» (где С значит «сыновья»), а парфюмерные — под маркой «А. Сиу и Ко».
В 1913 году торговый дом получил звание «Поставщик двора Его Императорского Величества». Этой чести Сиу удостоились после выпуска одеколона «В память 300-летия дома Романовых», конфет «Сусанин» и печенья «Юбилейное». После революции фабрика Сиу была национализирована и стала называться «Большевик».
Глава 53.
Булыгин едва не упал. Возможно, промахнулся в темноте. Я среагировала немедленно и бросилась к нему на помощь — успела подхватить в тот момент, когда массивное тело с высокой долей вероятности уже не имело шансов сохранить вертикальное положение. Честно говоря, вес, который мне пришлось на себя принять, оказался слегка за пределами моих физических возможностей. Но я всё-таки выстояла.