– Да, она девушка симпатичная, – признавал он, чтобы мама не обвинила его в предвзятости, – но на удивление ветреная. Она и вас, мадам, втянула в эту праздную круговерть, чего я, как вам известно, не выношу.
– Не могу понять одного – зачем ты так срочно вернулся домой, – заметила леди Бридлингтон.
– Я посчитал это своим долгом, мадам.
– Крайне неразумно! И всем это покажется странным. Ведь мы не ждали тебя раньше июля.
Но она ошибалась. Неожиданное возвращение лорда Бридлингтона никому не показалось странным. А миссис Пенкридж, как всегда, прямо высказала мнение большинства:
– Эта хитрая Бридлингтон собирается женить на богатой наследнице своего сына! Это же всем видно, – заявила она, зло рассмеявшись. – Какое лицемерие! Делает вид, что приезд сына для нее полная неожиданность. Помяни мое слово, Хорас, они поженятся еще до окончания сезона.
– О Боже, мадам! Какой же из Бридлингтона соперник?! – презрительно фыркнул ее племянник.
– Ошибаешься! У него все шансы. Во-первых, имя, титул. А девушкам нужно именно это. Ну и во-вторых – самое главное – он живет с ней в одном доме, может ухаживать за ней с утра до вечера и, конечно же, будет везде ее сопровождать. О! Я не вынесу такой несправедливости!
Однако мисс Таллант и лорд Бридлингтон с первой же встречи почувствовав взаимную антипатию, тем не менее вынуждены были ее скрывать в силу своего воспитания. Арабелла не хотела огорчать хозяйку, демонстрируя неприязнь к ее сыну. А Фредерик, считая себя истинным джентльменом, не мог не замечать гостью своей матери. В конце концов он понимал желание миссис Таллант устроить судьбу своих дочерей. И поскольку его мать взялась помочь Арабелле найти хорошего мужа, он был готов оказать ей моральную поддержку. Но его сразу насторожило одно обстоятельство – Арабеллы добивались именно те женихи Лондона, которых интересовало прежде всего большое приданое будущей невесты.
– Мадам, я теряюсь в догадках, – делился он с матерью. – Наверное, вы сами сказали как-нибудь, что у мисс Таллант большое приданое. Иначе каким образом у всех сложилось такое впечатление?
Леди Бридлингтон, которая сама не раз задумывалась над этим странным обстоятельством, сказала с тревогой в голосе:
– Я не говорила ничего подобного, Фредерик! Понятия не имею, почему им всем в голову пришла эта абсурдная мысль. Я, конечно, тоже была удивлена. Но подумала… она просто внешне хорошенькая, и понравилась мистеру Бьюмарису!
– Я близко не знаком с Бьюмарисом, – сказал Фредерик. – Но эти бесконечные романы… И это его, якобы, влияние…
– Прошу тебя, Фредерик, не надо! – воскликнула леди Бридлингтон. – Ты уже говорил мне это вчера. Думай о мистере Бьюмарисе что угодно, но согласись – только он может помочь девушке войти в общество.
– Да, наверное. А еще он может, как выяснилось, убедить таких женихов, как Эпуорт, Мокэмб, Карнэби и даже Флитвуд, искать расположения женщины, у которой нет ничего, кроме привлекательной внешности.
– Только не Флитвуд! – с жаром возразила леди Бридлингтон.
– Именно Флитвуд! – уверенно повторил Фредерик. – Конечно, он не станет специально искать для себя богатую жену, но то, что он никогда не женится на девушке без приданого, – это точно. А между тем, его ухаживания за мисс Таллант даже более настойчивы, чем попытки привлечь ее внимание самого Хораса Эпуорта. И это еще не все! Из случайных разговоров, свидетелем которых мне пришлось быть, я понял, что большинство наших знакомых действительно считают ее невестой с огромным приданым. Да и мне прямо намекали на это. Наверное, вы все-таки сказали что-нибудь, мадам, поэтому и пошел такой слух.
– Но я ничего не говорила! – воскликнула леди Бридлингтон в отчаянии. – Наоборот, я старалась вообще не затрагивать вопрос о ее приданом. Хотя назвать ее совсем нищей нельзя. Конечно, Талланты не могут дать за ней очень много. Ведь у них столько детей! Но после смерти отца… Да и у Софии есть кое-какие деньги…
– Наверное, не больше тысячи, – презрительно вставил Фредерик. – Извините, мадам. Но мне все-таки кажется, вы обронили какое-то неосторожное слово! Неумышленно, конечно. И вот что получилось! Представьте теперь, что будут говорить в обществе, когда ваш невольный обман раскроется!
Подобная перспектива ужаснула леди Бридлингтон. Она побледнела и, забыв на время свою обиду на сына, воскликнула, глядя на него умоляющими глазами.
– Что же делать?
~~ Можете положиться на меня, мадам. Я сделаю все, что нужно, – ответил Фредерик. – Как только представится возможность, я скажу, что слухи о наследстве мисс Таллант сильно преувеличены.
– Да, наверное, нужно это сказать, – согласилась его мать, правда, с некоторым сомнением в голосе. – Только, прошу тебя, Фредерик, не надо рассказывать всю правду. Ну то, что у бедняжки почти совсем нет денег.
– Зачем же я буду рассказывать? – ответил Фредерик, недовольно дернув плечами. – Разве это мое дело? Ведь это вы, мама, пригласили ее в Лондон, значит, и несете всю ответственность. И кроме того, мне совсем не выгодно вставлять ей палки в колеса. Насколько я понимаю, вы собираетесь держать ее здесь, пока не найдется подходящий жених, так что я буду только счастлив, если это случится как можно скорее.