Выбрать главу

Таня Валько

Арабская кровь

© Tanya Valko, 2012

© Prószyński Media, 2015

© Shutterstock.com / Luciano Mortula, обложка, 2015

© Depositphotos.com / masterwilu, обложка, 2015

© Hemiro Ltd, издание на русском языке, 2015

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», перевод и художественное оформление, 2015

* * *

Пусть те, кто претерпел от режимов и тирании вождей, обретут свободу и человеческое достоинство

Фабула повести основывается на событиях, которые произошли в Ливии во время «Арабской весны» в 2011 году, но описанные истории, а также участвующие в них герои вымышлены. Всякое сходство с людьми, находившимися когда-либо или живущими в настоящее время в Ливии, случайно.

Предисловие

Дорогие читательницы, дорогие читатели!

Вы сейчас держите в руках повесть «Арабская кровь», которая описывает судьбы героинь из повестей «Арабская жена» и «Арабская дочь» во время «Арабской весны».

Выражение «Арабская весна» стало уже общепринятым и означает беспорядки, перевороты и революции, которые имели место в арабских странах начиная с 2010 года и по сегодняшний день. Однако моя книга не является ни исторической повестью, ни репортажем с мест тех событий. Это художественный вымысел, основанный на фактах гражданской войны в Ливии. В моей повести вымышленные герои попадают в водоворот действительных событий. Информацию я брала из телевизионных сводок в «Аль-Джазире» или Си-эн-эн, а также из отчетов прессы и из Интернета. Описывая лагеря для беженцев, массовый исход из Ливии или нарушение прав человека, в том числе женщин и детей, я пользовалась рапортами защитников прав человека и знатоков темы или рассказами очевидцев. Однако я хочу подчеркнуть, что описанные ситуации и участвующие в них герои вымышлены. Всякое сходство с лицами, когда-либо находившимися или живущими сейчас в Ливии, является случайным.

Такие фигуры, как Муаммар аль-Каддафи или его сын Саиф, являются публичными особами, даже смерть ливийского лидера подавалась без подробностей, указанных в Интернете. История, описанная мной, полностью вымышлена, хотя и правдоподобна.

Очень часто в моей повести я обращаюсь к исламским источникам, которые для каждого мусульманина являются друзьями от рассвета до заката, от рождения и до смерти. Если хочешь понять арабскую культуру, прежде всего нужно ознакомиться с религией. Я ни в коем случае не относилась к ней пренебрежительно и не пыталась критиковать, потому что уважаю ее за возвышенную веру, иногда превратно истолкованную или использованную в мерзких целях. Лично я – горячая приверженка межрелигиозного диалога и терпимости.

Итак, дорогой читатель, повесть, которую ты взял в руки, поведет тебя в красивую средиземноморскую страну, которая была уничтожена войной, а ее невинные жители подверглись многим оскорблениям и несправедливости. Вымышленные герои проведут тебя по настоящим полям сражений и покажут, что значит ад войны в современном мире.

Встреча с матерью

Арабская Мириам, или Польская Марыся

По приезде в Эр-Рияд, столицу Саудовской Аравии, Марыся поражается двум вещам. Во-первых – благосостоянием этой страны, во-вторых – богатством мужа. До этого она думала, что он очень успешный бизнесмен. Ей и в голову не приходило, что она вышла замуж за миллионера, хотя у самой не было ни гроша. Почему этот мужчина решился на брак с бедной девушкой, к тому же наполовину ливийкой, наполовину полькой? Наверное, единственным объяснением может быть большая любовь. Другая вещь, которая шокирует современную эмансипированную женщину, – это поведение мужа. В Йемене Хамид был совершенно другим человеком. И речь идет не только о чувствах, которые он проявлял к Марысе, но обо всем стиле жизни мужа. В Сане мужчина смотрел на нее горящими влюбленными глазами. Как только представлялся случай, брал ее за руки или обнимал. Он делал это в общественных местах и на глазах у людей, хоть это не одобрялось в традиционалистской мусульманской стране. Он часто взрывался неудержимым заразительным смехом, шутил, рассказывал забавные анекдоты и шалил, как маленький мальчик. В Эр-Рияде его эмоциональность постепенно угасает, блеск в глазах блекнет и часто, особенно на людях, он смотрит на жену бесстрастно, почти с безразличием. Не может быть и речи даже о самом осторожном прикосновении на улице, во время визитов к его родне или посещении больших торговых центров. Бывает, что они видят какую-нибудь дерзкую саудовскую пару, идущую под руку, но с ними такого не случается. Марыся в растерянности. Но затем, присмотревшись к мужчинам и супружеским парам вокруг, приходит к выводу: в данной стране это считается нормой. Любовь между людьми не должна демонстрироваться, потому что она ничто в сравнении с любовью к Аллаху. Жизнь набожного саудовца состоит в безграничном почитании Всевышнего. Пятиразовые молитвы, заполняющие весь день, и осознание, что живешь на святой мусульманской земле, означают, что, кроме Мекки, Медины и Аллаха, почти для всех людей в Саудовской Аравии, избранных и благословленных, ничто не имеет значения. «Наверное, поэтому они так себя ведут, – объясняет себе Марыся. – А может, их манеры – это только видимость, которую в этой стране нужно создавать?» Они просто не выставляют напоказ свои чувства, и с этим нужно смириться. Марысе это дается с большим трудом. Это противно ее стихийной средиземноморской натуре.