Старик почесал бороду, раздумывая и не замечая, как лицо Билла осунулось и посерело.
ДарьяИвлева
02.09.2009, 16:23
Позволив Биллу заснуть, Якоб вышел из повозки и вдохнул полную грудь воздуха, холодного и свежего. Агнесс стояла неподалеку в окружении нескольких женщин и что-то обсуждала с ними, размахивая руками. При приближении Якоба женщины замолчали и вперили в него недовольные взгляды.
- Агнесс, - сказал Якоб миролюбивым тоном, понимая, что рискует обрушить на себя гнев жены. – Не могла бы ты сходить в лес и набрать ягод? Я хочу побаловать Билла, он, конечно же, не ел наших вкусных ягод.
Агнесс сдвинула брови и взвизгнула, оглядываясь на подруг в поисках поддержки.
- Нет, вы посмотрите на него! Служанку нашел! Сам возьми да сходи! Нет, чтобы жену порадовать, он какому-то арабу полудохлому прислуживает. Не пойду я никуда и готовить тебе жрать не буду, надоел ты мне, как пес блохастый.
Остальные женщины закивали, соглашаясь с Агнесс. Якоб побагровел и выпалил жене в лицо:
- Вот как? Тогда, раз готовить не будешь, в дом тоже не приходи, новый себе ищи. Выгоняю я тебя! Намучился я с тобой, сил нет. Дура!
Жена замокла, вытаращив глаза и открыв рот. Якоб плюнул на землю и отправился вглубь леса, решив самому раздобыть ягод. Слыша за спиной причитания и жалобы Агнесс, он ухмылялся в бороду, ощущая смешанное чувство досады и облегчения. Избавился от опостылевшей жены, но обрел человека, о ком будет заботиться, как о родном сыне.
Ягод в лесу почти не было, год выдался холодным, и они не успели набираться соком и цветом. Лишь кое-где на хлюпающей под ногами топи встречалась клюква. Зато тут и там из-под мха и листьев выпрыгивали шляпки грибов. Якоб разворашивал желтую, прибитую дождем к земле траву и срезал грибы, складывая их в поясную сумку. Иногда встречались лисьи норы и следы, и варвар подумал о том, что к зиме следует запастись их рыжими шкурами и сшить из них Биллу добротный полушубок, – зима обещала быть суровой. Но на глаза попалась засохшая уродливая коряга, и старику вдруг вспомнилась несвязная речь ведуньи о том, что араб зачахнет, несмотря на все его, Якоба, старания.
- Чушь какая, - буркнул под нос Якоб. – Я ж здоровья Биллу хочу, забочусь о нем, с чего бы ему зачахнуть у меня? Однако старая без дела не скажет, больше нашего все же ведает. Страшно мне, отдавать не хочется Билла Томасу в руки… Пусть так будет – если увижу знак, слова ведуньи подтверждающий, так и быть, вновь к Томасу пойду в ноги кланяться.
Якоб нагнулся к очередному грибу и услышал хруст за спиной. Оглянувшись, варвар замер и крепче сжал в руке нож. В нескольких шагах от него, давя лапами выстлавший землю тонкий хворост, стоял небольшой серый шакал. Якоб знал, что шакалы не нападают на людей, но все равно приготовился пырнуть зверя ножом в живот, если тот прыгнет. Шакал спокойно посмотрел в глаза человека, повел носом. Лязгнул клыками, будто говоря что-то, и убежал. Старик опустил нож, глядя на удаляющегося, неизвестно откуда взявшегося в чаще леса степного зверя.
- Вот и знак, - задумчиво проговорил он.
Порывистыми, резкими движениями Том застегивал позвякивающую сбрую на коне, и животное, недовольное таким обращением хозяина, возмущенно фыркало и трясло головой, жуя уздечку. Несколько бессонных ночей давали о себе знать, и руки тряслись, когда Том пытался затянуть на запястьях ремешки кожаных рукавиц. Он чувствовал себя разбитым и безмерно уставшим, проводя дни в бесцельном хождении по своему шатру, как маятник, туда-сюда, а валясь на шкуры, не мог провалиться в сон. И теперь, когда несколько воинов из его отряда, и он в их числе, собирались на охоту, Том был рад тому, что сможет хоть ненадолго вырваться из духоты своего шатра, наполненного утомляющим треском факелов и одиноким молчанием.
Йохан уже был верхом и гарцевал вокруг главаря, с воодушевлением что-то рассказывая о своих похождениях за эти дни и бурно жестикулируя. Том скрипел зубами и молчал, раздраженный его чрезмерной болтовней. Йохан был как пиявка – избавиться от его назойливого присутствия было весьма сложно, он не уходил и пропускал мимо ушей намеки, заговаривая людей до изнеможения.