Том криво улыбнулся в ответ.
- Слушай, а как же то, что мы оба мужчины?
Холодная ладонь главаря теплела, Билл старательно растирал ее, согревая.
- Подумаем об этом потом, хорошо?
Шакал пожал плечами. Билл оглянулся и, убедившись в том, что никто не смотрит в их сторону, отрывисто коснулся губами виска Тома.
ДарьяИвлева
24.11.2009, 16:45
Магдебург располагался в устье реки Лабы, неподалеку от него в уютном междулесье и остановились варвары. Небольшая поляна, огороженная вставшим полукругом лесом, была чиста и спокойна. Том обошел ее по кругу в сопровождении других варваров и, получив их одобрение, велел расчистить ее от снега и разбить стойбище. Тут же в поднявшейся суете послышались удары топоров, делающих срубы, стали подниматься от земли шатры. Мужчины работали слаженно и быстро, и вскоре пахнущие свежим деревом сараи уже обогревались зажженными факелами, кострами и теплом загнанного в них скота.
В поставленном шатре Тома неспешно хозяйничал Билл, аккуратно настилая шкуры одну на другую. Зайдя и увидев это, Шакал хмыкнул и принялся устанавливать четыре вместо двух длинных жердей, к которым крепились факелы, под одному с каждого края получившейся постели.
- А что у тебя в том сундуке? – спросил Билл, указывая рукой в угол.
- Так, всякая ерунда.
- Но ты ее хранишь и всегда приносишь в шатер вместо того, чтобы оставить в повозке.
- Хорошо, там не совсем ерунда. Точнее, ерунда, но… Я тебе потом как-нибудь покажу.
Билл согласно кивнул, поправляя складку на шкуре.
- Том, ты хотел меня куда-то сводить.
- Я помню. Чуть позже, когда суматоха уляжется. Все найдут себе место, и мы поедем.
- Нужно куда-то ехать?
- Здесь недалеко. Успеем за день и туда, и обратно.
Выйдя из шатра, принц удивился. Подле леса выросла небольшая деревенька, подобная той, в какую Билл попал впервые после разлучения со своей свитой. Шатры и повозки вытянулись вдоль поляны, образуя широкую улочку, несколько готовых сараев имели подобия трубы, из которых уже тянулся дым. Прямо перед входом в шатер стояла неуклюжая, скатанная неумелыми детскими руками фигура из снега, таращащаяся на Билла круглыми черными глазами, нарисованными сажей. И от всего этого веяло умиротворением и покоем, и в груди принца появилась какая-то нежная и веселая радость, словно он был ребенком, выпущенным гулять в родное село.
Том бесшумно возник за спиной, но Билл почувствовал его приближение и оглянулся.
- Едем? – спросил Шакал.
- Едем.
Отдохнувшие и сытые кони вывезли своих седоков из стойбища, довольно фыркая и стремясь вперед без понукания. Новый конь Билла был норовистым и свободолюбивым, воле всадника подчинялся с неохотой и с гораздо большим интересом шел к оголившимся тонким прутьям кустарника, чем по нужному пути. Билл пыхтел и дергал поводья, пытаясь справиться с бунтарем, и обиженно глядел на ухмыляющегося Тома.
- Раньше на нем ездил парень, у которого нрав был еще круче, чем у коня, - пояснил главарь. – Он колотил животину почем зря за малейшее непослушание. Странно, но этот конь своего бывшего хозяина все равно любил, а в тебе чует слабину, вот и капризничает.
- И где сейчас его хозяин?
- Убили в каком-то городе за излишнюю дерзость.
Путники сошли с дороги и направились вглубь леса. Постепенно деревья вставали все плотнее, и их ветки смыкались над головами подобно арке. В самой чаще даже снега лежало меньше, упорства зима пока не хватало, чтобы пробраться и сюда. До сумерек было еще далеко, и иногда даже проглядывало солнце, но здесь царила вечная тень, словно ночная мгла заблудилась в лесу и не найдет выхода.
Билл тревожно смотрел по сторонам. Нигде не было заметно признаков жизни, не было даже нор и птичьих гнезд на деревьях. Нависающие сучья цеплялись за ворот и волосы, не желая пускать дальше. Сама природа противилась и ограждала все разрастающимся лесом что-то, запятнавшее ее лик. Даже строптивый конь опустил голову и покорно шел. Но Том уверенно продвигался вперед, и было ясно, что он не в первый раз идет этой дорогой.
Что-то беспокойно заворочалось в груди принца, ладони повлажнели. В памяти внезапно и неуместно всплыл рассказ Шакала об убитой в лесу девушке, и Билл закусил губу.