В конце улицы путники завернули в открытые ворота постоялого двора. Хозяин вышел им навстречу, что-то жуя и вытирая руки о рубаху. Том и Билл спешились и подошли к нему.
- Чего хотите? – грубо поинтересовался мужик, оглядывая гостей.
- Баню и пожрать, - в тон ему ответил Том. – А так же кузнеца. Есть в вашем городе хороший кузнец?
- Нет, только криворукий, - съязвил хозяин.
Билл отодвинул главаря и, достав из кармана кошель, позвенел им.
- Просим вас, нам нужна горячая баня, сытный обед и кузнец с золотыми руками.
Хозяин двора расплылся в беззубой улыбке и развел руками.
- Добро пожаловать, будьте как дома! Проходите, моя жена вас накормит, а я пока распоряжусь обо всем.
Повернувшись к конюшне, он свистнул, и из-за угла выбежал худой подросток и потянул коней за поводья. Билл и Том вошли в харчевню, в которой за столом возилась дородная женщина средних лет. Увидев постояльцев, она засуетилась и скрылась на кухне.
- Какие все падкие до монеток, - сказал Том, садясь за стол. Принц сел напротив.
- Бедняков можно понять. Не думаю, что постоялый двор в таком глухом месте приносит большого дохода.
- Они-то бедняки? Да они обсчитывают только так, будь настороже.
- Не знаю, не знаю, вряд ли обсчитают так, как могут на востоке. У нас это довольно знатная работа, но у любого араба при звоне и виде золота загораются глаза. Ты не представляешь, какие мы на самом деле жадные и хитрые.
Том ухмыльнулся. Из-за двери, ведущей в кухню, показалась хозяйка и поставила перед гостями миски с дымящейся похлебкой.
- Что за мясо? – строго спросил Билл.
- Кура, - ответила женщина, и принц довольно кивнул.
После трапезы вслед за хозяйкой путники поднялись на второй этаж в отведенную им комнату.
- Баня уже готова, - сказала женщина. – Можете идти мыться. За кузнецом послали, тоже сейчас придет.
Билл повернулся к Тому. Главарь отошел и сел на кровать.
- Я буду ждать кузнеца, иди пока первым.
- Ты не пойдешь со мной? – Билл почувствовал отголосок досады. Шакал поморщился.
- Не стоит, я думаю. Я схожу в баню после тебя. Обещаю помыться, как следует.
Принц промолчал. В голове возникли воспоминания о Томе у залива – упругая кожа, покрытая мурашками на холодном ветру, и становившиеся фиолетовыми соски – и подтянутое тело в свете факелов, блестящее от воды. Билл отвел глаза, сжимая в руках дорожную сумку.
- Ты прав, лучше по отдельности. Сходи к кузнецу и попроси хозяйку припасти что-нибудь нам на обратную дорогу. Скажи, что расплатимся перед уходом.
Том кивнул, глядя в пол, и Билл вышел.
Добротно сколоченная баня понравилась Биллу, ее стены и пол были сделаны на совесть. Раздевшись в предбаннике, он радостно вошел в горячее пространство, освещаемое лишь маленьким окошком под потолком. Опустив руки в горячую воду, принц с наслаждением прикрыл глаза, тепло побежало по телу, даря ласку каждой промерзшей частице. От долгого лежания мыло засохло и пенилось плохо, и Билл просто тер им кожу. Кусок выскальзывал из руки, оставлял блестящие разводы на теле, мелкую пену на курчавившихся волосках на подмышках и низу живота.
Шакал выложил перед кузнецом из мешка весь накопленный скарб. Почесывая в затылке, тот принялся перебирать наконечники, раздумывая, что с ними можно сделать. Оставив кузнецу железо и обещание заплатить перед отъездом, Том вышел на свежий воздух. Зимний день был короток, и вновь начинало смеркаться, двор погружался в темноту. Хозяин закрыл ворота, перед ними лежала лохматая собака, выгрызая из шерсти блох. За спиной открылась дверь, и выглянула хозяйка.