— Папа не надо. Папа, я не хотела, я не знала про кино. Я любила его.
Но отец, уже ничего не слыша, начал остервенело пинать её. Вика попыталась закрыться руками. Корчась от боли, собрав последние силы, прохрипела:
— Папа, остановись, пожалей меня, я беременна.
— Что-о-о-о-о-о? Мразь! Ты ещё и ублюдка решила родить. Говори, сука, с кем связалась?
Снова посыпались удары, но Вика уже не шевелилась, сознание замерло на какой-то границе, как будто ускользающая реальность, ещё чуть-чуть и наступит темнота. Теперь грязная ругань доносилась издалека. Внезапно всё прекратилось, но тут же её словно пушинку подняли за шиворот с пола. Вика не сопротивлялась, уже не осознавая, что происходит. Из последних сил подняла голову и посмотрела на того, кто её держал.
— Братик, пожалуйста, защити, — еле разлепляя опухшие и до крови разбитые губы, прошептала Вика.
— Защитить? Это кино видели все участники конференции, все сотрудники главка. Сука! Кто-то запустил это порно с твоим участием вместо презентации. Ненавижу! Гадина!
Брат с силой ударил, внутри всё обожгло огнём. Вскрикнув, Вика схватилась за живот, а когда Виталий отпустил её воротник, медленно, словно во сне, стала оседать на пол. Вначале опустилась на колени, а когда уткнулась лбом в пол, завалилась на бок. Время остановилось и мир перестал существовать, как будто со стороны увидела рядом со своим лицом красивые дорогие ботинки двух мужчин.
— Ты мне больше не дочь. Шлюха не может быть моей дочерью. И квартира эта моя, чтобы духу твоего в ближайшие три дня здесь не было.
Мужчины развернулись и ушли, громко хлопнув дверью, а Вика лежала не шевелясь, окутанная тишиной. Малейшее движение и даже дыхание причиняли боль. Как бы ей сейчас хотелось провалиться в темноту, где нет позора, боли, обиды, но сознание упрямо почему-то держало её в реальности.
Не понимая сколько прошло времени, Вика из последних сил доползла до кровати и, сидя на полу, опёрлась на неё спиной. Она посмотрела вокруг. Кровь по всему полу, очень много крови и только позже до неё дошло понимание, что это её кровь. «Странно, почему я ещё жива, если столько крови?». Дикая боль снова пронзила живот и почти сразу Вика почувствовала, как стало тепло и мокро между ног. С опаской посмотрела на джинсы, с внутренней стороны бёдер на них достаточно быстро расплывалось кровавое пятно. Через несколько минут между ног на полу уже натекла приличная лужица крови. Ступор. Первая мысль о ребёнке пронзила мозг. «Нет слёз, нет эмоций и плакать даже не хочется. Странно. Вот и решение проблемы, правда, Илья?» — подумала Вика и опухшими пальцами потрогала ещё тёплую кровь, но пошевелиться, чтобы отползти не смогла. Она так и сидела, не чувствуя своего тела, его намертво сковала одна сплошная боль.
Дверь открылась, видно родственники не захлопнули до конца. В квартиру зашла мачеха. Внимательно следя за молодой женщиной, Вика не издала ни звука. Женщина в ужасе оглянулась по сторонам, рассматривая кровавые разводы на полу. От увиденного зажала рот рукой и из её глаз, которыми она, не мигая уставилась на свою падчерицу, потекли слёзы.
— Вика, — она бросилась к девушке и попыталась обнять, но та чуть покачала головой и тихо попросила, с усилием разлепляя непослушные губы:
— Не трогай меня, не подходи, Лилия. Сильно больно.
— Вика, я сейчас вызову скорую, тебе надо в больницу. Подожди, позвоню отцу. Что здесь случилось, милая?
— Нет. Никуда мне не надо и в скорую не звони.
Мачеха вытащила телефон и дрожащими руками начала пытаться набрать номер.
— Если вызовешь врачей или отца, то я открою окно и их помощь всё равно не понадобится.
Вика посмотрела в глаза молодой женщине. Та замерла, её пальцы зависли над экраном, и она непонимающе уставилась на девушку.
— Вика, как же так, надо что-то делать. Кто такое сотворил?
— Отец и братик в гости приходили, — девушка попробовала виновато улыбнуться, но губы только скривились от боли.
— Не может быть. Такое зверство. Разве отец мог? Не верю.
— Иди домой, Лилия. Считай, что ты ничего не видела. Так легче будет жить дальше.
— Твой отец всегда был очень жёстким человеком, но чтобы такое. Как я теперь смогу быть рядом с ним, тем более, что у нас маленькая дочка. Буду всегда за неё бояться. У меня есть деньги. Вика, хочешь я тебе переведу. Нужно же будет как-то жить. Тебе ещё учиться и лечиться нужно.
— Нет, учиться уже не придётся. Я сегодня забрала документы. А деньги оставь себе, они тебе нужнее, у тебя маленький ребёнок. Для меня деньги не проблема, мама каждый месяц присылает. Я все эти годы не тратила. Обижалась на мать, что она заменила свою любовь деньгами, а сейчас они мне пригодятся, может быть, даже спасут.