— Айман?
Мужчина появился прямо перед ней, хотя Тис точно знала, что его ещё секунду назад здесь не было. Он улыбался, но Тис уже не могла оторвать глаз от девочки, которую мужчина держал на руках.
— Это моя? — тихо спросила Тис, протягивая руки к ребёнку.
— Твоя и наша. Впервые за долгое время в нашем роду родится девочка. Ты принесла нам счастье, Тис.
Вот только было странным, что мужчина не отдал ребёнка. А жёстким тоном приказал:
— Просыпайся, Тис. Просыпайся. Сразу езжай в клинику. Сразу.
— Хорошо. Поеду. Дайте мою дочку.
— Если послушаешься и выполнишь обещание, то скоро возьмёшь её на руки, а пока, чтобы с ней ничего не случилось, я подержу её.
После того, как Тис вспомнила свой сон, в душу закралась тревога. Вначале прислушавшись к себе и не обнаружив никакого дискомфорта, решила, что не стоит обращать внимание. Но когда спустилась завтракать, почему-то снова вспомнила слова Аймана. «Всё, что он говорил раньше, оказалось правдой», — нахмурясь, подумала Тис, не понимая, что делать. Она растерялась, но тут же непроизвольно подошла к своей сумочке и достала простенькие чётки. Для неё уже давно стало своеобразным ритуалом, когда нужно было успокоиться, брала в руки, подаренные старушкой чётки, и начинала медленно перебирать деревянные бусинки. Дошла до крестика и помяла в пальцах шёлковую кисточку. От такого нехитрого действа Тис на самом деле успокоилась и даже улыбнулась, потому что сейчас эта кисточка напомнила ей точно такую же, но только бордовую с фески прадеда Ибрагима. И тут словно молния пронзила мысль, что Айман не отдал во сне ей девочку. Отодвинув тарелку с кашей, к которой так и не прикоснулась, Тис встала и попросила Мио предупредить водителя, что они в скором времени выезжают. У неё ещё была мысль подождать Амирхана, который с утра поехал к отцу, но решила, что нужно просто съездить в клинику, успокоиться, послушать врачей и за зря не дёргать мужа.
Мио, не зная причины такой поспешности, почему-то сильно разволновалась и не отпустила Тис одну, Ахмад тоже заявил, что поведёт машину сам. Когда они уехали Замира набрала Амирхану и тревожно предупредила, что его жена расстроенная уехала в больницу. Уже подъезжая к клинике Тис почувствовала, как платье под ней промокло, хотя внутри не было никаких ощущений. Прислушавшись с своему состоянию, Тис насторожилась, она не чувствовала ребёнка, ни толчков, ни шевеления. Попыталась набрать Амирхану, но руки так дрожали, что телефон выскользнул, закатившись под сиденье. Уже не обращая внимания на телефон, обрадовавшись, что автомобиль остановился у самого крыльца клиники, Тис, поддерживаемая служанкой, кое-как вышла из машины. Ахмад, по напряжённому лицу молодой женщины почувствовав неладное, поспешно подхватил её на руки и почти бегом ринулся внутрь. Мио сразу потребовала врача, сказав, что у госпожи отошли воды. Всё было как в замедленной съёмке, Тис нервничала, видя, что никто не торопится. Для врачей даже самой дорогой клиники, роды были обычным делом. Не выдержав, когда появится её врач, Тис почти закричала:
— Пожалуйста, мне срочно нужен врач. Срочно. Вы слышите?
Девушка, оформляющая посетителей, от неожиданности подпрыгнула и тут же позвонила, говоря в трубку, что пациентка очень нервничает. Когда Тис привезли в смотровую, врач стала мягко её успокаивать, но Тис уже понимая, что что-то происходит с её ребёнком, сказала чуть не плача:
— Доктор, она не шевелится. Я не чувствую ребёнка. Помогите.
С этого момента всё изменилось. УЗИ показало, что ребёнок запутался в пуповине и счёт времени его жизни шёл на минуты. Тис даже не поняла, как её раздели и как она оказалась в операционной. А потом темнота. Показалось, что на секунду закрыла глаза и тут же открыла, почувствовав, что кто-то ласково гладит её по щеке.
— Просыпайтесь, — позвал её из сна приятный женский голос.
Открыв глаза, Тис прямо перед собой увидела Амирхана. Его тревожный взгляд не отрывался от её лица, а через мгновение разглядела у него на руках маленький свёрток.
— Покажите поближе, — просил всё тот же женский голос, — мама не видит, слишком высоко.
И тут Амирхан чуть наклонил и приблизил маленький свёрток и на Тис посмотрели ярко голубые глазёнки. Ребёнок молчал, словно осознанно и серьёзно смотрел на неё.