— Амирхан, спасибо. У меня ведь сегодня День рождения. Ты не знал, но почему-то сделал для меня такой подарок. Тебя вела сама судьба.
Растерявшись от такого признания, мужчина не знал, что и сказать, но Тис не нужны были слова. Она сама поцеловала Амирхана вначале в порыве благодарности дерзко и молниеносно, затем снова коснулась губ оторопевшего араба, но уже нежно и ласково. Он впустил её язычок в свой рот, разомкнув зубы, и дал возможность подарить ласку скользящими прикосновениями. Когда Тис язычком подразнила кончик его языка, Амирхан застонал от удовольствия и резко перевернувшись, подмял Тис под себя.
— Мы не успеем поужинать. Твой взгляд разжигает внутри меня настоящее пламя, но то, что ты творишь сейчас это, сжигает мою выдержку дотла. Если ты мне сейчас не отдашься добровольно, я за себя не ручаюсь.
— Это угроза, Амирхан? — рассмеялась девушка. — Думаю, что ты не будешь против, если мы поужинаем позже.
Тис смотрела открыто, не отводя взгляд. Провела ладошкой по его щеке, пробуя на ощупь, аккуратно подстриженную бороду. Это стало отправной точкой, после которой Тис сама удивилась, как быстро они оказались обнажёнными. Амирхан уложил её на кровать и, не останавливаясь, целовал, целовал и целовал. А Тис сходила с ума от наслаждения. Руки мужчины, ласкающие каждый участок кожи перед поцелуем и его губы творили что-то невероятное. Тис непроизвольно сжала ноги, внизу пульсировало желание с такой силой, что она сама потянулась, чтобы надавить на кнопочку и получить мгновенную разрядку. Амирхан улыбнулся, понимая, что сейчас, как он называл её, его девочка, полностью была в его власти и во власти своих чувств. Перехватив руку, он поцеловал ладошку и прошептал:
— Я сам. Только раздвинь ножки и не зажимайся.
Его язык ворвался в рот Тис с таким напором, что она и не заметила, как от ласк мужчины и скользящих по клитору влажных пальцах, внутри один за другим начали взрываться фейерверки. Громко застонав, теснее прижалась к Амирхану. А он, дав насладиться удовольствием, которое волнами проходилось по всему телу девушки, оставляя чувство умиротворения, подложил ей под попу подушку, заставил пошире развести ноги согнутые в коленях и, опираясь на вытянутые руки медленно вошёл до самого упора. Тис ахнула и попыталась свести колени. Амирхан замер:
Глава 36
— Не надо, Тис. Я всегда даю тебе привыкнуть.
— Уже всё хорошо, — Тис облизала губы, желание обжигающим жгутом начало закручиваться внизу живота, отвечая на каждый уверенный толчок Амирхана.
Она лежала сейчас полностью открытая перед ним и араб, не стесняясь, внимательно смотрел, туда, где соединялись их тела. Не отрываясь, следил, как из Тис выходит его почти стальной член, блестящий от естественной смазки и с каким наслаждением входит обратно, со всех сторон обласканный женским телом. Почувствовав, что девушка напряглась, он приказал, потому что картина, которую он наблюдал, его завораживала:
— Расслабься, Тис.
— Пожалуйста, не смотри.
Амирхан заметил пылающие щёки и прячущийся от его глаз взгляд.
— Девочка моя. Ты так красива, что я не могу оторваться от тебя, чтобы не смотреть. Это не стыдно. Я всё больше и больше убеждаюсь, что ты создана для меня. Закрой глаза и почувствуй меня, отбрось все страхи. Окунись в нашу страсть. Поверь, ты очень красивая.
Послушавшись, Тис окунулась в свои ощущения. Движения Амирхана с каждым мгновением заставляли внутри всё сжиматься. В какой-то момент ей захотелось, чтобы это удовольствие как можно быстрее разлилось по всему её телу и она, даже не осознавая, зашептала:
— Амирхан, быстрее, пожалуйста, быстрее.
Мужчина замер на крошечное мгновенье, словив от этих слов невероятный всплеск адреналина, потом изменил свой темп и начал двигаться быстрее и резче. Тис от этого почувствовала, как по низу живота полоснул разряд похожий на разряд тока, который прошёлся по всем её нервным окончаниям. Собравшись в одной точке, в которую вдалбливался своим членом Амирхан, взорвался на какое-то мгновение, ослепляя и оглушая невероятным удовольствием, от которого затряслись ноги. Темноту разрезал крик:
— Амирха-а-а-а-а-а-а-ан.
Даже если бы хотел, Амирхан не смог бы сдержаться, то что он видел и то, что он чувствовал внутри Тис, было подобно удару от которого внутри вначале всё сжалось, наверное, до размера атомного ядра, и вдруг взорвалось, высвобождая чистейшую энергию, отключающую в организме всё кроме центра удовольствия. Мгновение, когда не чувствуешь уже ничего кроме пульсирующего члена, выплёскивающего сперму, с каждым толчком теряясь в пространстве от непередаваемого наслаждения. Он после последнего спазма, ощущая внутри сладкую опустошённость и невероятную лёгкость, накрыл своим телом распластавшуюся под ним Тис, чуть удерживаясь на локтях. Уткнулся ей в шею и, ещё не отдышавшись, зашептал: