– Арадэль. – Клайз тихонько трясет меня за плечо.
Заслушалась! Задумалась!
Нован смотрит скептически выгнув бровь. С вызовом.
– Эсер мао авилотар Аррадиэлла Ливрин Брэдрилл... – будто назло ему, без запинки выдаю всю клятву, глядя в глаза.
В себе пусть сомневается! А то... отрастил самомнение! Понимаешь!
Ненавижу свое полное имя. Звучит глупо. Нелепо.
Управляюсь быстро.
– Кубок. – напоминает Клайз.
Мы с Нованом берем кубок со специальным напитком, который я весь день готовила под подозрительные взгляды Жуллы.
Как хорошо, что эта замечательная женщина не имеет привычки лезть в чужие дела! С распросами ко мне не приставали и даже в кастрюлю ни кто нос не совал благодаря ей!
Рецепт несложный, но довольно трудоемкий. Пахнет это приятно, и всё же, пробовать я, как-то, не рискнула...
Зато теперь не раздумывая делаю глоток и протягиваю Новану. Он принюхивается и делает то же самое.
Вкусно настолько, что хочется еще! Судя по выражению лица Нована... хотя нет там никакого выражения. Физиономия такая, будто воду глотнул.
– Теперь надо тянуть за ленту, пока ваши запястья не соединятся. – Клайз руководит процессом.
Слушаемся и медленно тянем белую ленту, каждый, на себя.
– В конце надо соединить ладони в замок.
Так и делаем.
Наши руки соприкасаются и... ничего не происходит...
28. Император.
Моя ладошка утонула в крупной грубой руке.
– Это всё? – раздраженно цедит Нован.
– Нет, тюрбан неотесанный, мы еще не целовались. – фыркаю, закатив глаза.
– Она шутит? – Нован спрашивает брата на полном серьезе.
Как же раздражает его привычка делать вид, что меня тут нет.
– Отчасти. – Клайз цокает. – В книге не очень понятно описано. Но поцелуй должен быть «целомудренным». – терпеливо объясняет, плавно жестикулируя.
– А точнее?
– Вот, тюрбан, ты тюрбан и есть. – ворчу и делаю шаг к этому, недалекому.
Я высокая, но Нован выше меня, поэтому приходится задрать голову и встать на цыпочки, а ведь он еще и увернуться пытается, усложняя мне задачу, не понимая, что я делаю.
А я всего-то поцеловала его в обе щеки. Как это делают близкие люди при встрече. Быстро и невесомо. Что может быть целомудреннее? Ну, разве что поцелуй в лоб, но это скорее по-отечески… а не целомудренно.
И... опять ничего не происходит.
– Ну?
– Чего, «ну»? Я сделала как надо, а ты стоял как истукан. Целуй, давай! – ворчу на него, предполагая причину.
С недовольным видом Нован наклонился и прижался твердыми губами к моей щеке.
Хватило одного раза, чтобы ленты на наших ладонях вспыхнули золотым светом и исчезли, оставив после себя золотистые рисунки на коже, похожие на татуировки.
Щекотно!
– Ничего себе! – восклицает Клайз.
Согласна, я такого еще не видела. Читала о брачных татуировках, да. Но в империи ими не грешат.
Знаю, что у эльфов есть брачный обряд после которого у молодоженов появляются белые брачные татуировки на лице и шее. Раса ведет обособленный образ жизни на Солнечных островах. Рисунки видела, но вживую не могу представить, как это, носить символ своего брака, прямо, на лице…
У драконов брачные метки еще до свадьбы выступают, но случается это только если пара истинная. Без метки в брак, вообще, не вступают. Это объясняет почему драконы малочисленны, но живут ооочень долго. Они, так же как и эльфы, предпочитают не иметь дел с империей, кроме торговли.
А некоторые народы татуировки сами наносят после свадьбы. Чаще в виде колец на пальцы. Ну, а что, очень удобно, я считаю! Обосновывается это не только практичностью, но и тем, что золотые украшения слишком дорогие.
Орки вообще на всю спину набивают имена супругов и символы своего рода.
Но мы с Нованом не муж и жена. И, уж точно, не истинные!. Но у нас тоже... тату. И это странно.