Грязный кожистый мешок, покрытый изнутри липкой слизью, снаружи испачканный ржавой пылью подземки. Ты ещё не знаешь, что такое подземка, и что такое ржавчина, но этот запах ты узнаёшь. Это запах твоего рождения. Тебе не известна его тайна, но ты появилась на свет с осознанием себя. Ты поняла, что родилась. А ещё ты поняла, что родилась не до конца.
Это тело не может существовать долго. Оно слишком слабо, слишком мягкотело, слишком уязвимо. Да что там, у него толком нет даже ротового отверстия — так, трубочка хлюпающего слизью дыхальца в верхней части головогруди.
Да, в твоём теле есть запас жизненных сил, оставленный тебе неведомым родителем, но его обратный отсчёт уже начат, как начат и отсчёт до того мгновения, когда ты попросту задохнёшься.
Тебе становится понятнее, что здесь случилось. Гигантская жужелица транспортного состава уже перестала елозить конечностями по стенами тоннеля, но даже умирая, она продолжала отнимать у тебя то малое, без чего ты умрёшь куда раньше назначенного твоей природой срока — побывавший в горячей топке внутренностей жужелицы воздух был пронизан невыразимым смрадом смерти. Он обжигает твои лёгочные мешки и затуманивает сознание.
Состав сошёл с рельсов, быть может, по собственной воле, быть может, не справились с управлением вон те двое, что убегают сейчас на фоне далёких электрических огней. Тонконогие, неловкие, нескладные, они спотыкаются, падают и больше не встают. Это их настигает волна токсичного дыхания умирающей жужелицы. Она слишком велика, ей нельзя останавливаться в не вентилируемых тоннелях, её судорожные попытки подняться на ноги из беспомощного положения на спине только делают хуже.
Не смотри туда больше, думай о себе.
Да, ты родилась не ко времени и не к месту, но других шансов у тебя не будет, пользуйся теми, что выпали.
Твоё гладкое тело неловко оскальзывается меж вывороченных контейнеров с битой лабораторной посудой, валяющихся тут и там металлических клеток, внутри которых копошится и шипит нечто живое. Тебе некогда разглядывать, кто там, ты спешишь вперёд, подальше от полумёртвой жужелицы.
Всё правильно. Под землёй никогда не бывает тупиков. Что бы ни продолжило эти рельсы, оно откуда-то пришло и куда-то ушло. Главное держаться пониже к земле, пусть ржавчина продолжает липнуть к твоему гладкому телу, лишь бы оставался для дыхальца живительный кислород.
Если бы эти конечности были достаточно сильны для грузного тела. Если твоя природа и готовила тебя к судорожному бегству в душном полумраке, то сделано это было на отвяжись. Всего четыре длинных нескладных ноги, трясущихся при каждом шаге. Ни нормальных когтей, ни внятной выворотности суставов, чтобы было ловчей перемещаться по подземным лабиринтам. Ты не должна была родиться здесь. Тебя ждала стерильная чистота лабораторий, стерильная же кормёжка да внимательные глаза вивисектора за стеклом респиратора.
Этот образ бьёт тебя под дых, так что ты падаешь и катишься. Откуда у тебя подобное виде́ние, ты же только родилась и ни разу не видела ничего, кроме этого смердящего тоннеля? Но ты всё равно отчётливо помнишь эти глаза перед собой, не такие, как у тебя. Внимательные холодные глаза любопытствующего исследователя. Готового причинить тебе боль, готового отнять у тебя жизнь. Такую короткую, такую бессмысленную. Но у тебя другой нет.
И ты не хочешь возвращаться туда, где эти глаза. Возвращаться? Ты не знаешь, откуда у тебя в голове это сложное понятие.
Ты останавливаешься. Там, куда ты бежишь, тебя и поджидают глаза за стеклом респиратора. Именно туда направлялся изначально транспортный состав. Именно в том направлении бежали два долговязых мертвеца. Только тут до тебя доходит, что вы похожи.
Такие же неловкие ноги, такая же нелепая попытка спастись.
Ты бросаешься в сторону, где темнеет какой-то провал. Удача, твои лёгочные мешки тут же чувствуют ток свежего воздуха. Кажется, это какая-то промоина в грунте, кругом капает вода и всё покрыто скользкой водорослевой плёнкой.
Неважно. Оскальзываясь и обдирая коленки, ты с натужным сопением карабкаешься вверх, где мерцает далёкий и кажущийся призрачным свет. Не электрический, дневной. Там тебя ждёт долгожданное спасение.
Внизу между тем уже затопали-застучали чьи-то шаги, гулкие голоса принялись выкрикивать деловитые команды. Ничего, просто так они за тобой не пролезут. Как удачно, что ты вовремя отыскала эту промоину.