- Хорошо, – запрыгивая на лошадь, Эльнара искренне улыбается. Ее игривое настроение было небольшой попыткой сделать расставание чуть лучше, чтобы оставить приятный след на душе перед долгим путешествием. – Надеюсь ты пригласишь Лианнэт на свидание, пока меня не будет!
И гладя на то, как заплали щеки ее друга, девушка не сдерживает смех. И радуясь тому, что прощение прошло на доброй ноте, отправилась в путь, снова возвращаясь в Лумьер.
Ее путешествие только начинается.
Глава 3
Каждое лето, с начала первого месяца и до самой осени, восточный город Вэйна — Улие, зацветал глубоким синим цветом. И дело было не только в том, что он стоял у самого моря, а в цветах, усыпавших поля и даже обочины дорог своим чарующим цветением.
Синяя горечавка.
Эти насыщенные, словно морские глубины, цветы издавна были символом Улие. Каждое лето они превращали небольшой городок в место паломничества тех, кто хотел полюбоваться их красотой.
Для Эльнары Улие был дорог не только волшебным цветением или видом на Мрачные горы, чьи суровые вершины господствовали над горизонтом. Главным сокровищем для неё оставались чёрные скалы, что возвышались неподалёку от берега, уходя своими остриями в морскую пучину. Там, где волны с грохотом разбивались о камень, рождая пену и вечную песнь прибоя, скрывалась тайна, известная немногим.
Говорили, что на самом дне моря, среди затонувших гротов, покоятся жемчужины, сияющие мягким лунным светом. Добраться до них почти невозможно — их ревностно охраняют русалки, древние морские создания, считающие жемчуг своей святыней. Веками они берегли его, как величайшее сокровище, что знало море.
Моряки рассказывали множество легенд, но ни одна не имела доказательств: лишь старые записи в дневниках да редкие рисунки оставались слабым следом былых историй. Эльнара знала их почти наизусть и перечитывала вновь и вновь, словно молитву. Особенно её трогала одна легенда — о волшебнике, что полюбил русалку восточного моря.
Она была древней, но её волшебство и вера в любовь продолжали трогать сердца. Давным-давно, когда земли Улие ещё были дикими и необжитыми, а восточное море не знало ни кораблей, ни сетей, в его глубинах жила русалка Наэлиан. Её голос был чист, как звон серебряных колокольчиков, а волосы сияли, словно волны под луной. Она была хранительницей морских глубин: её песни усмиряли бури и убаюкивали духов моря.
На берегу жил волшебник Каэлион — странник, собирающий знания о звёздах и магии стихий. Сердце его было одиноко. В ночь полнолуния он услышал среди шумящих волн дивную песнь, и следуя за её звуком, увидел деву небесной красоты, в чьих глазах мерцал звездный свет. Каэлион влюбился в неё, и вскоре между ними вспыхнула любовь — тихая, как шёпот прибоя, и глубокая, как само море.
Много лун они тайно встречались у каменных утёсов: Наэлиан делилась тайнами глубин, а Каэлион — чудесами суши. Но их счастье не могло длиться вечно. Морской владыка, отец вод Эрнора, узнав о запретной любви и разгневался. Русалкам было запрещено связывать судьбу с людьми или магами. Тогда, под грозным небом Эрнора, он проклял влюблённых:
— Если вы останетесь вместе, волны принесут гибель вам обоим, а море и суша будут вечно разделены кровью.
Но Наэлиан и Каэлион ослушались. Они решили бежать за пределы его владений. В ночь побега море взбунтовалось: чёрные волны обрушились на берег и небеса разорвали молнии. Каэлион сражался магией, пытаясь усмирить бурю, Наэлиан пела, отдавая морю свои силы. Их магия переплелась, но проклятие оказалось сильнее. В последнем отчаянном заклинании маг заслонил возлюбленную от удара морских духов. Смертельная сила пронзила обоих.
Каэлион умер на берегу, а Наэлиан, умирая, выбралась из пены к его телу. Голубая кровь русалки пролилась на песок и камни, пропитав землю Улие.
На рассвете буря стихла. Там, где кровь коснулась земли, пробились первые синие горечавки — цветы цвета морской глубины. Говорят, их лепестки хранят печаль и силу древней любви. С тех пор они растут по всей долине и особенно густо — на берегах восточного моря, где погибла Наэлиан.
Люди верят, что во время цветения, души Наэлиан и Каэлиона встречаются вновь — уже в мире духов, где нет проклятий и бурь.
Эта история всегда трогала Эльнару — красивая, но трагичная легенда о любви и жертве.
За свою жизнь девушка ни разу не видела русалок. Иногда ей казалось, что они — не более чем выдумка морских странников. Но в глубине души она верила: если эти загадочные создания и существуют, они умеют скрываться столь искусно, что даже зоркий эльфийский глаз не уловит их лёгкие, как тень, силуэты. Словно само море прячет их от чужих взглядов.