Асканаз взял телефонную трубку. Послышался голос Нины, — до этого у телефона дежурил другой связист.
Асканаз нахмурился: в голосе Нины явственно прозвучали нотки тревоги: «Товарищ комдив, вас…»
С Асканазом связался Берберян: командир полка на центральном участке тяжело ранен; несколько сот гитлеровцев, не считаясь с потерями, идут в психическую атаку на батальон Гарсевана Даниэляна, шагая во весь рост развернутой цепью; в тыл просочились вражеские автоматчики, подходят к командному пункту полка; неприятельские минометы поливают огнем окопы; танки системы «Тигр» подползают к окопам соседних батальонов…
Асканаз понял — противник кидает все силы в решающую атаку. Его мысль, привычная к быстрым решениям, напряженно искала выхода.
Докладывая о создавшейся обстановке, Берберян сказал в заключение, что он попытается восстановить положение своими силами: ему было хорошо известно, как не любит Асканаз, когда командиры частей, встретившись с затруднениями, тотчас же начинают просить о помощи. Но Асканаз понимал значение угрозы. Он распорядился тотчас же послать на помощь Берберяну взвод автоматчиков из резерва. Одновременно с этим он потребовал, чтобы командир соседнего полка перебросил несколько станковых пулеметов в помощь Гарсевану. Распоряжения комдива были немедленно выполнены, но протекшие минуты изменили положение. Орудийный грохот и пулеметная трескотня усиливались, свидетельствуя о крайнем напряжении сил с обеих сторон. Асканаз с нетерпением ждал первых сообщений с мест, хотя сам успел заметить, что резервный взвод уже схватился с просочившимися в тыл вражескими автоматчиками. Взяв телефонную трубку, он обратил внимание на го, что вместо Нины ему отвечает Кимик. Да и голос Кимика доносился как будто издали… Сердце у Асканаза забилось. Стараясь не поддаваться дурному предчувствию, он приказал вызвать к телефону Берберяна.
— Ну как, продолжается еще психическая атака?
— Пулеметный огонь многих скосил, но пока еще лезут вперед. Строй проникших в тыл автоматчиков нарушен, недобитые попрятались в укрытия, продолжают стрелять…
О потерях Берберян молчал. Пришлось спросить об этом. Берберян назвал примерную цифру, но попросил времени для уточнения.
По распоряжению Асканаза артиллеристы начали бить по «Тиграм» прямой наводкой. Завязшие в липкой грязи танки противника были подбиты и в бессильной ярости расходовали последние боезапасы, уже не имея надежды вернуться на исходные позиции.
Лишь поздно вечером удалось положить конец непрерывным атакам противника. Отражая последний штурм, защитникам «Армянской Малой земли» удалось расширить свой плацдарм метров на триста к западу.
Асканаз вышел из своего НП уже тогда, когда угасали последние лучи солнца. Плававшие на западе багровые тучи напоминали только что выхваченные из горна полосы раскаленного железа. Зайдя в КП, Асканаз приказал немедленно вызвать Берберяна, Гарсевана и нескольких других командиров. В ожидании он нетерпеливо ходил по замаскированному блиндажу. Когда все вызванные явились, он, против обыкновения, не предложил им сесть. Берберян и Гарсеван озабоченно переглянулись. Игнат Белозеров, батальон которого отличился во время последней атаки гитлеровцев, спокойно смотрел на комдива.
— Теперь, когда поход на Берлин является вопросом ближайших дней, — начал Асканаз, обращаясь к ним, — вы позволяете противнику зайти к нам в тыл, грозить штабу полка, даже предпринимать против нас психическую атаку? О чем вы думаете? Закружилась у вас голова оттого, что вас хвалят, награждают орденами?
— Товарищ генерал… — начал Берберян.
— Молчите и слушайте! А ты, Гарсеван Даниэлян, неужели ты считаешь, что враги будут бояться тебя только потому, что тебе присвоили звание Героя? Прошли времена Мгера, когда враг впадал в панику и убегал, услышав имя героя! Сейчас иные времена, идет беспощадная борьба. Озлобленный враг постарается вредить до последней минуты. И постарается навредить так, чтобы мы вспоминали эти дни с болью в сердце!
Гарсеван топтался на месте.
— Штаб полка, — продолжал Асканаз, — не удосужился обеспечить себя данными разведки перед последним боем. Он не знал, что противник накапливает силы! На передовой линии у батальона Гарсевана Даниэляна ослабла бдительность. Противник ловко воспользовался этим и сумел проникнуть в окопы…