— Так, так, Ашхен-джан! — радостно выкрикивал Лалазар. — Умеешь ты к месту нужные слова подобрать! Вот послушай, и я хорошую песенку придумал:
— Слушай, Лалазар, ты же эту песню и раньше пел и все уверял, что это ваш арамусский ашуг сочинил! — воскликнул Вахрам.
— А не все ли равно, кто ее сочинил? Сердце у меня песни о любимой просит. А раз я пою, значит я и сочинил!
— Хорошо, сынок, хорошо, спой еще раз! — вмешался Михрдат.
— Нет, пусть Ашхен споет! Ашхен-джан, спой своим голосом-колокольчиком еще раз про ту девушку гор с темными косами!
Дивизия Араратяна принимала на своем участке побежденных гитлеровских солдат и под конвоем направляла их в назначенные Верховным Командованием районы. В течение дня Асканаз объехал все подразделения дивизии, следя за выполнением приказа о сохранении строжайшей дисциплины.
Он встретился с Ашхен в одной из палаток санбата. Ашхен только что закончила прививки очередной партии бойцов. Отрапортовав о проведенных работах, Ашхен сказала:
— Приятно, что бойцы охотно приходят на прививки. За всю эту войну у нас не было ни одной вспышки эпидемических заболеваний, и это несмотря на то, что ни в одну войну в армии не было такого огромного количества людей!
Асканаз устало опустился на табурет.
Ашхен внимательно разглядывала его. Она видела, что его обветренное лицо скрывало за внешней невозмутимостью и усталость и глубокую озабоченность.
— Ну как, головные боли не прекратились?
— Стараюсь не обращать внимания.
Ашхен приложила руку ко лбу Асканаза, затем отсчитала и дала ему какие-то капли в стаканчике. В последнее время она чувствовала себя свободно, встречаясь и разговаривая с Асканазом; казалось, их отношения стали снова такими же, какими были при жизни Вардуи. Но и после гибели Вардуи Асканаз остался для нее хорошим другом. В те дни Ашхен была во власти тяжелых переживаний. Она нуждалась в близком друге, который мог бы понять ее горе, подбодрить ее. Никогда не забыть ей ту ночь за неделю до войны, когда она открыла свое сердце Асканазу! Да, она многим обязана этому другу… и именно потому не будет скрывать от него мыслей и переживаний.
— Дорогой Асканаз, война научила меня очень простой, но очень мудрой истине: в наше грозовое время, чтобы связать свою жизнь с другим человеком, надо пройти вместе с ним через испытания!
— Ты что-то очень сложно начала говорить, Ашхен, — шутливо заметил Асканаз.
— Ну, какое там сложно… Может быть, это оттого, что и жизнь моя прошла сложный путь. Но мысль моя совершенно ясна: я хотела сказать, что я хорошо узнала Мхитара Берберяна, точно так же, как и он меня. Так что можешь нас поздравить…
— Да что ты говоришь? И когда ты успела так тихо, шито-крыто?!
— Когда? Я даже, не могу сказать… Ведь мы даже и не объяснились толком… Так что это все в будущем…
Асканаз засмеялся и взял Ашхен за руку:
— Желаю тебе счастья от души!
Асканаз вышел из палатки. Стоявший рядом с кабинкой машины Вахрам откинул дверцу. Асканаз сел. В памяти возникла встреча в Ереване и беседа с Ашхен. Может быть, она хочет, чтобы я подготовил Берберяна?.. Но он отогнал эту мысль и, достав карандаш и блокнот из планшета, начал делать пометки к предстоящему совещанию командиров.
Оставшись одна, Ашхен вдруг вздрогнула и закусила губу: «Неужели люди действительно глупеют от счастья? Ведь Асканаз может подумать, что я стала совсем легкомысленной! Призналась ему, что Мхитар — мой избранник… что можно поздравить!.. Как это глупо!»
Она бессильно опустилась на табурет и задумалась. «Но нет, Асканаз поймет, он не подумает ничего дурного и только порадуется за меня! Ах, я ему тоже желаю счастья!»
Уже несколько дней подряд Мхитар Берберян вместе с командиром полка Игнатом Белозеровым обходил подразделения. Вечером, просмотрев кинокартину в клубе полка, он отправился в лес и вошел в палатку санбата. Ашхен доставала из ящиков медикаменты, пачки ваты и бинтов и распределяла их медсестрам.
Ашхен показалось, что руки у нее стали еще проворнее бегать, когда в палатку вошел Берберян. Сердце у нее сильно билось. До последнего времени их связывали лишь официальные отношения. Но вспышка радости в ночь победы многое сказала им. Теперь оставалось подтвердить словом. Но с чего начать?..