Асканаз согласился выпить чаю вместе с Оксаной и Аллочкой. Когда он уже встал, собираясь уйти, Аллочка крепко обняла его за шею и с испугом спросила:
— Тты нне ппридешь к ннам ббольше?..
Оксану так взволновал и смутил неожиданный вопрос девочки, что она не расслышала ответа Асканаза. Проводив гостя, она вернулась с Аллочкой в комнату и почти упала на стул, с бьющимся сердцем повторяя: «Ну, почему, почему задала Аллочка этот вопрос?.. И какая я глупая — не простилась как следует! Может быть, снова пришлось бы ему проехать через Краснополье… или хотя бы попросить письмо написать! Хотя нет, едва ли…»
Асканаз поехал обратно на станцию проверить, нет ли каких-либо «ЧП». Но все обстояло благополучно. Асканаз поднялся в свой вагон, намереваясь прилечь и немного отдохнуть. Он представил себе тот момент, когда эшелон прибудет в Ереван: площадь Ленина, толпы народа, встречи с родными… ликование… Как радостно возвращаться с победой!
Проходили часы, Асканаз задумался над своей жизнью. Перед его мысленным взором проносился Севан, встречи с Вардуи… Вспоминались пережитые страдания, война, Ашхен и Нина. Асканаз думал о том, почему сегодня какая-то тяжесть лежит на его душе. Он снова переживал встречу с Оксаной, радость Аллочки, ее простодушный вопрос: «Ты не придешь к нам больше?» Он отделался неопределенным ответом, потому что сам еще не задумывался над этим вопросом.
«Что ж, продолжать путь? Еще несколько дней — и Ереван… Ну, а дальше? Опять одиночество? А меня может хорошо понять лишь человек, который сам прошел через страдания… Да и я смогу лучше понять женщину, которая выдержала испытание горем… Мне нужен человек, который разделял бы со мной все свои мысли и переживания… Но к чему все эти размышления? Не для того ли, чтобы лишний раз доказать самому себе, что эта женщина именно Оксана? Хотя бы и так! Ну, а если у Оксаны нет этого чувства, если она по-иному намерена устроить свою жизнь? Нет, нет, этого не может быть, я почти уверен…»
Близился рассвет. Поезд тронулся. Все с большей и большей силой разгоралось в душе Асканаза чувство, впервые ставшее ему ясным в эту ночь. Паровоз постепенно замедлял ход, приближаясь к станции. Асканаз приказал Вахраму распорядиться выкатить автомашину.. Как только Асканаз уселся, шофер дал газ и, как обычно, покатил вдоль полотна вперед, к следующей станции. Несколько времени Асканаз ехал молча, подводя итоги мыслям прошедшей ночи. Но вот он перегнулся и тронул шофера за плечо:
— Поверни обратно!
Вахрам сделал беспокойное движение и пробормотал:
— Сзади еще два эшелона…
— Плохо считал, — улыбнулся Асканаз. — Четыре!
Вахрам подумал и виновато подтвердил:
— Точно, четыре, это позавчера было два, Мы здорово продвинулись, а пушкари с саперами еще там!..
Новый эшелон еще не прибыл на железнодорожную станцию. Солнце было уже высоко, когда Асканаз приказал шоферу свернуть в Краснополье.
Он постучался в дверь.
На стук откликнулась Оксана и, узнав голос Асканаза, с тревогой распахнула дверь.
— Что случилось?
Асканаз вошел в комнату. Аллочка кинулась ему на шею, радостно лепеча:
— А тты гговорил, ччто пприедешь ззимой!
— Значит, не нравится тебе, что приехал так скоро? — засмеялся Асканаз.
Только сейчас узнала Оксана, что́ ответил накануне вечером Асканаз на вопрос Аллочки. Через минуту Оксана пришла в себя, и ей уже не казалось странным, что Асканаз вернулся: словно иначе и не могло быть.
Аллочка начала одеваться, а Оксана с Асканазом прошли в другую комнату. Асканаз чувствовал, что взгляд Оксаны проникает в самую глубь его души. За одну ночь они словно пережили заново все прошлое.
Заметив, что они стоят перед зеркалом, Асканаз осторожно взял Оксану за руку и отвел к столу: отражение в зеркале создавало впечатление, что кто-то со стороны наблюдает за ними, а Асканаз не хотел никаких свидетелей своего счастья. Не выпуская руки Оксаны, он наклонился и тихо шепнул ей: