— Да, точно! Заняли здание и никого к себе не подпускают, — подхватил второй.
— Говорят, будут отмечать день рождения своего главаря целую неделю. Потому туда лучше не ходить, эти типы кажутся действительно опасными! Держитесь от седьмой улицы подальше, для вашего же блага, — добавил третий, воодушевлённо кивая.
«День рождения? Идеальный предлог!»
Довольная такой интересной информацией, я восторженно просияла, улыбаясь во весь рот, благо заметил это только Итачи. Тут же состроив обеспокоенную физиономию, я развернулась и положила хвост на прилавок.
— Ах, как же так? Конечно, мы не пойдём в такое страшное место, мы же здесь, чтобы развлечься, ня, — жалобно хмурясь, я наигранно обиделась, надув щёки и сложив руки под грудью.
— Хвост вам не понравился, госпожа? — расстроился продавец.
— Он миленький, но, наверняка будет только мешать…
— Тогда, как насчёт такого? — громче положенного предложил мужчина, отчего-то враз краснея до самых ушей. Затем, выдернув из-под стола короткий чёрный хвост из кожи, похожей на мою одежду, он с нескрываемым предвкушением завертел им, показывая со всех сторон.
Глядя на чёрный пластмассовый наконечник в форме закруглённой пирамиды около пяти сантиметров в диаметре и в длину, я непонимающе заморгала и склонила голову набок, пытаясь сообразить, как же он должен крепиться. Чувствуя на голой спине горячие пальцы Итачи, я не сдержала выдох, напоминающий стон и заметно вздрогнула, покрываясь от такого неожиданного контрастного касания мурашками.
— Не сегодня, спасибо, — вежливо улыбаясь, он оставил деньги и плавно развернув меня, повёл подальше.
— Пока-пока! — мило хихикая и махая мягкой лапкой, попрощалась я, развернувшись вполоборота.
— Никогда ещё не был на подобном допросе, — как-то тяжко выдохнув, заверил Учиха.
— Ня-ха-ха-ха! Правда-правда? Забавно получилось, да? Некомата-сенсей говорил, что боль и пытки не всегда помогают в добывании информации, если есть возможность, то лучше применить хитрость. Только я не поняла, как носить второй хвостик, странный какой-то, да и совсем не пушистый.
— В следующий раз объясню, — пообещал он, искоса оглядывая меня, точнее пушистые кошачьи уши на моей макушке.
— Хорошо-хорошо!
* * *
Чем дальше уходила дорога за повороты от главной аллеи, тем менее оживлённее становилось. Наконец, оказавшись в уединении на седьмой улице, мы прислушались, внимательно оглядывая здания вокруг. Лишь из отдалённого доносился шум разгромной пьянки.
— Мы пришли, быстрее, чем я думала, — обрадовалась я. — Не верится, как беспечно, даже по периметру никого для охраны. Здесь разделимся. Я буду отвлекать внимание, попробую узнать, где их главарь… Казуки, да?
Подтверждая, Итачи согласно кивнул, продолжая сосредоточенно слушать.
— А ты в это время оглядись и постарайся узнать их количество и вооружение. Наша цель: найти шпиона, проникшего в Коноху, захватить его живым для допроса, остальных свидетелей уничтожить.
— Понял.
— Хорошо-хорошо, тогда приступим, ей! — меняя серьёзное выражение лица на безбашенно-весёлое, я направилась прямиком к парадной двери бара, пока Учиха, вероятно используя одно из окон пошёл в обход.
Распахнув двери с ноги, я торжественно вошла в помещение. Полумрак и задымлённость после слепящего света на улице не дали сразу оглядеться. Привыкая к приглушённому освещению, я принюхалась. Едкий воздух насквозь пропах выпивкой и табаком, заставляя поморщиться. Видимо, не желая нарушать атмосферу, толпясь в тесноте, присутствующие подняли градус до максимума, даже стоя у открытых дверей я ощутимо вспотела, оголённую кожу обдало жаром из глубины помещения. Когда двери за мной захлопнулись, я наконец привыкла к темноте и сразу внимательно осмотрелась. Давно нуждающееся в ремонте здание: потемневшие стены, потолок и пол, пара засаленных кожаных диванов у стены, перед которыми стояли укреплённые столы, а на них вокруг стальных блестящих шестов вертелись три женщины. Веселя, очевидно, перепивших мужчин, столпившихся вокруг, они пластично двигались под ритмичную негромкую музыку, которую порой перекрикивали сами наблюдатели. Источник музыки находился где-то за барной стойкой.
Развернувшись к бару, полки которого уже заметно поредели, я решительно направилась прямиком к нему. Лохматый бармен, до этого оглядывающий меня, как-то довольно ухмыльнулся. Отвлечённые на грохот дверей некоторые тоже обратили внимание на моё появление, отчего с их стороны посыпались какие-то уменьшительно-ласкательные кошачьи прозвища. Игнорируя их, приблизившись к стойке, я резво запрыгнула на высокий стул и радостно заулыбалась.