— Но у меня лапки, — поднимая руки вверх в сдающемся жесте, заметила я, взглядом указывая на маленькие кубики, удерживать которые будет тяжело.
Явно веселясь, взявший на себя обязанности судьи бармен, одним рывком стянул обе перчатки с моих рук. Удивлённо открыв рот, я печально насупилась и обиженно надула губы, мельком разглядывая содержимое.
«Ни снотворного, ни яда. В чашках просто саке, значит, они меня не раскусили, просто хотят споить…»
— Тогда дамы вперёд, — любезно предложил мой противник, указывая на кубики.
— Начнём! — радостно объявила я под поддерживающие крики окружающих. Подняла со столешницы кубики, потрясла в ладони и бросила в глубокую чашу.
— Шесть-шесть, — заметил бармен-судья и указал на пиалу. — Ты очень удачлива, котёночек.
Мой противник поднял её и довольно улыбаясь, подал мне.
— Вот спасибочки! — радостно улыбаясь, принимая выпивку, поблагодарила я и залпом выпила содержимое.
«Какое крепкое саке! Обжигает горло…» — мысленно простонала я, изо всех сил стараясь не сморщиться. Поставила чашку вверх дном и ослепительно улыбнулась, не подавая вида, что сейчас начну выдыхать огонь. Притихшие наблюдатели непонимающе переглянулись, но быстро опомнились и подбадривающе завопили.
Постепенно выпивая, опустошая игральную доску от наполненных пиал, я принялась громко хохотать, притворяясь чрезмерно пьяной. Окружающие стол мужчины рьяно болели, не забывая напиваться. В то же время бармен так и не притронулся к выпивке, продолжая судить наш матч. Мой противник едва начал хмелеть, выпил он как и я девять чашек, но стало очевидно, что ему такая порция нипочём.
Ощущая, как благодаря Итачи на втором этаже исчезают следы чакры, я с каждым разом смеялась громче, размашисто двигая руками и привлекая всё возможное внимание. Дослушав очередную глупую шутку, я расхохоталась в голос, активно барабаня ладонью по столешнице.
— Забей на него, котёночек, он всего лишь местный клоун, на деле даже сражаться толком не может, — посмеиваясь, заверил судья, следя за броском кубиков моего противника.
— Это босс сказал, что в Конохе одни слабаки! Да если бы не наёмные шиноби, нам была бы крышка, — смеясь, поведал тот самый шутник в толпе.
— Точно, эти наёмники используют мощный яд, если мы им не заплатим, они и нас прикончат, — согласно закивал мужчина рядом с ним.
«Наконец-то разговорились!» — заликовала я, поддерживая тему.
— Ня-ха-ха, так интересно слушать ваши сказки про этих шиноби, — задыхаясь от хохота, простонала я и закинула свою грудь на стол, столкнув неаккуратно разложенные пиалы на пол и ещё громче захохотала.
— Сказки? Это чистая правда, котёночек, — заверил бармен, обречённо глядя на разлетевшиеся по полу осколки. — Босс платит этим упырям вдвое больше, чем нам.
— Тут ничего не поделаешь, эти ублюдки реально сильны, — вмешался ещё один мужчина из толпы.
— Вы так говорите, будто вас не ценят, — огорчённо заметила, я, сочувствуя, надеясь раззадорить беседу. Снова бросила кости в глубокую чашу и опустошила поданную мне чашку.
— Верно! Мы с Казуки-саном с самого начала! — пьяно запричитал мой противник, бросая кубики следом.
— И что ты предлагаешь, идиот? — возмутился судья, указывая на выпавшую пиалу, ближайшую по числу.
— Сейчас он придёт из «Дикой вишни», и мы ему за всё предъявим! — громогласно объявил тот, ударив по столу.
«Хм-м, попались, „Дикая вишня”, значит? Переговоры по выкупу информации их босс обсуждает там? — предположила я, расплываясь в самодовольной улыбке. Тут же любезно протянула наполненную саке чашку противнику. — И их босс должен скоро сам вернуться…»
— Ня-ха-ха-ха, значит эти… наёмные шиноби очень сильные? — пьяно протянула я и бросила кубики.
— Не-ет, скорее хитрые, говорю же, они продумали засаду с нашим участием меньше чем за сутки, — возразил мой соперник, пытаясь выглядеть круче. Он протянул мне пиалу, на которую указал судья и принялся кидать кубики.
Ощутив, как на втором этаже исчезла чакра одного из джоунинов, уже пятого человека по счёту, а затем торопливое приближение Итачи, спускающегося вниз, я не сдержала смешок.
«Невероятно, его до сих пор никто не заметил!»
— А я уже хотела предложить супервосхитительный божественно-расслабляющий час моего массажа, чтобы вам полегчало, — огорчённо протянула я и опустошила пиалу, запрокинув голову.