— Спокойно, всё в порядке, вся рыба твоя, — заверил он, утихомирив уверенным тоном.
Согласно кивнув, я потянулась к сладостям и чаю. Неторопливо, размеренно и съев только половину, я расслабилась. Облегчённо выдохнув, не обращая внимания на распахнувшуюся юкату, я разлеглась на спине. Вспоминая про мокрые волосы, пустила по ним чакру, восстановленную в избытке и моментально высушила.
— Иди на кровать, — мельком оглядывая меня, настоял Итачи.
Невнятно промычав, я лениво перевернулась и на четвереньках вяло поплелась к высокой постели. Забралась на неё, неряшливо путаясь в юкате, вместе с тем, комкая тонкое покрывало. Недовольно брыкаясь, изворачиваясь и сопротивляясь, я окончательно запуталась, повязав себя по рукам и ногам.
— Помоги, нья-я-я! — психуя и шипя, протараторила я, пытаясь вырваться из плена.
— Как можно запутаться в покрывале? — не сдержав смешка, поинтересовался он, оказавшийся рядом с постелью.
— Не смейся надо мной, — обижено пробубнила я, дёрнулась и перевалилась на живот.
— Не было необходимости так напиваться, — поучительным тоном отметил он, забираясь на кровать, подкрался ко мне и начал распутывать. Плавно разворачивая в обратном направлении, Итачи избавил меня от плена. Затем он аккуратно приподнял и уложил моё расслабленное тело на подушку.
— Разведка под прикрытием требует полной отдачи, да и всё в порядке, ты же был рядом со мной… — безмятежно отмахнулась я, успевая поймать его руку, притянула её к себе, прижимаясь лбом. Нежась и ластясь, уткнулась лицом в большую ладонь, направляя и заставляя гладить щёки и нос. Навязчиво потираясь скулой, я промурлыкала: — Погладь ня-я…
— Араси… — надрывно произнёс Учиха, почему-то желая прекратить.
— Меня нужно погладить, — капризничая, упрямо настояла я, глядя на него исподлобья и строя жалобный молящий взгляд.
Наблюдая за мной, он глубоко вдохнул, напряжённо сжимая челюсти, будто готовясь к тяжёлому забегу. Сдаваясь, повинуясь моей прихоти, он принялся гладить и второй рукой. Трепетно лаская щёки и скулы, двигаясь в верном направлении и точно понимая, как мне больше нравится. Когда он пальцами скользнул по ушам, я не удержала стон.
Урча от ласковых касаний, я выгнулась, закатывая от наслаждения глаза. Тело моё обдало жаром, оплавляя как желе. Дыхание участилось. Жмурясь от восторга, я заелозила, не обращая внимания на слетевшую с меня юкату. Одурманенная особо чувствительными поглаживаниями, я не сразу поняла, когда руки Итачи опустились по моей шее. Деликатно исследуя, он повёл ладонями ниже по объёмной груди, но вдруг замер, не сводя взгляда с одной точки.
— И здесь, родинка… — напряжённо заметил он, очертив кончиком пальца вокруг правого соска, тем самым тихонько оттолкнув длинную прядь волос в сторону, с щекоткой соскользнувшую с груди на кровать.
— Ах! Н-не делай этого так внезапно, — стыдливо пропыхтела я, прикрывая раскрасневшееся лицо дрожащей ладонью.
Приподнявшись на четвереньках, упираясь обеими руками о кровать, Итачи навис надо мной, не сводя внимательного взгляда, будто что-то ещё раз стратегически обдумывая. Следя за тем, как он плавно приближается, я ненароком скользнула взглядом по его плечам, замечая, как от напряжения воротник юкаты расходится, обнажая грудь. У меня дыхание перехватило от этого зрелища. Страшась очередного приступа крови из носа, я торопливо отвела взгляд.
— Наступила ночь, теперь ты моя, — наклоняясь к моей шее, шепнул он в районе уха, отчего кожа покрылась мурашками.
Бабочки во мне, запорхали, словно бешеные, скручивая низ живота. В такой близости я почувствовала, как приятно он пахнет, не мылом или шампунем, это его собственный аромат, что так кружит мне голову и незаметно окутывает всё рядом. Дотронувшись до подбородка, Итачи приподнял моё лицо. Его горячие губы обхватили мои, смяли их неторопливо и осторожно, оплавляя меня, так что я невольно простонала. Поцелуй, который он оставил, оказался невообразимо нежным, ласковым и невесомым, мягким и сладким после десерта. Хоть и закончился очень быстро, но Итачи не отстранился. И тогда поцеловал меня ещё, только на этот раз ни секунды не раздумывая. Язык его ворвался внутрь, встретившись с моим, покоряя и увлекая. От него кружилась голова. Теряясь в пространстве, ища опоры, я обхватила его плечи. Под юкатой у него почувствовался жар и напряжение, исходящие от тела, а также отчётливые учащённые удары сердца.
«От этих касаний у меня сейчас мозг расплавится, что он творит? Снова без разрешения, глупый кошак! Нет-нет-нет, я же сама попросила приласкать! Божечки кошечки, почему он так спокоен? Я… я тоже постараюсь и не буду вести себя как ребёнок! Обещала же себе исправиться, но уже повела себя в ванной как дура!» — мысленно протараторила я, паникуя и пылая от стыда.