— Прекрати пялиться в одну точку, — хмыкнул Саске. — Ня? — очнулась я от ступора. — Сложи руки в зямок, ня, — попросила я, глядя на Саске снизу вверх.
Чёрный взгляд скользнул по стене, и остановился на катане в самом верху.
— Ещё чего? — раздражённо выдохнул Учиха. — Тогдя стой смирня, — недовольно буркнула я, и одним прыжком вскочила ему на плечи. — Ты что творишь? — закричал на меня Саске, схватив за щиколотки. — Слезь с меня, бестолочь!
Игнорируя его, я потянулась к катане, и осторожно сняла с подставки.
— Ну вот, опять, — вздохнула Некобаа, наблюдая за нами. — Я не продам её тебе, А-чан. — Почяму, ня? Хочу её! — запротестовала я, и спрыгнула с Саске. — Она слишком дорого стоит, это фамильная ценность Учи… — У меня есть деньги, ня! — прервала я её. — Хочу эту катану, ня! — Итачи-кун, скажи ей, — обречённо попросила Некобаа. — Всё в порядке, если это Араси, пусть, — разрешил Учиха. — Эй! — вмешался Саске, и схватился за рукоять меча в моей руке. — Это принадлежит Учиха. — Да ну? Отдай! — зашипела я. — Саске-кун и А-чан не ладят? — заметила Тамаки, проходя в помещение с книгой в руках. — Разве? По-моему они подружились, — выдохнув клубы дыма, заметила Некобаа. — Вам тоже так кажется? — улыбнулся Итачи. Его внимание привлекла книга. — Хочешь взглянуть? Мы сделали из неё энциклопедию, — хихикнула Некобаа, и принялась листать страницы.
Услышав шелест, мы с Саске отвлеклись от спора, и уставились на книгу перед старой женщиной.
— Ня может быть, — замерев на месте, проворчала я, и выпустила катану из ладони. — Да, мне нужен твой отпечаток, А-чан — ты последняя, — подтвердила мои догадки Некобаа. — Ня! Ни за что, ня! Нет-нет-нет! — яростно запротестовала я. — Да, брось, даже Некомата был вынужден отдать свой отпечаток, — заверила Некобаа, и скосила хитрый взгляд на Саске. — Някомата-сенсей ня мог, ня! — Когда она злится, даже мне становится сложно понимать её акцент, — вздохнула старая женщина. — Итачи-кун, малыш Саске, вы поможете мне заполучить последний отпечаток? — хитро сощурившись, поинтересовалась Некобаа. — Ня-ха! Нячестно! — возмутилась я, дёргая руками в воздухе. — Что такое, ты боишься, А-чан?
Ошарашенно задохнувшись, я невнятно затараторила по-кошачьи, ещё более дико размахивая в воздухе кулаками.
— Вот и славно, я могу на вас рассчитывать? — игнорируя мой припадок, спросила Некобаа у Учих. — Конечно, — кивнул Итачи. — Опять эта ерунда, — фыркнул Саске. — А-чан быстрейшая среди всех котов Сора-ку, и страны Огня в целом, — заверила старая женщина. — Я даже не знаю, сможете ли вы её поймать. — Ня-ха-ха-ха, — коварно захохотала я, уверенно уперев руки в бока. — Эта бестолочь не кошка, — напомнил Саске. — А-чан, пожалуйста, — кивнула Некобаа. — Ня что поделаешь, — обречённо вздохнула я. Замерла на месте и сконцентрировалась. От меня начала исходить чакра. Очертания мои размылись, и я стала уменьшаться. — Даже в этом облинячии им меня ня поймать, — послышался мужской голос из непроглядного дыма. — Вот и она, — довольно улыбнулась Некобаа.
Итачи и Саске поражённо уставились на небольшую кучу, укрытую моим кимоно. Выпутавшись из складок ткани, я вылезла из кимоно, и уселась перед присутствующими.
— Чёрная кошка? — вырвалось у Саске. — Удинявлён, дя? — игриво протянула я по-кошачьи. — Не понимаю, что она мяфкает, и почему голос мужской? — раздражённо проговорил Саске. — Вот, держите эти приспособления, чтобы понимать кошачью речь, — протягивая Учихам белые ободки с кошачьими ушами, заверила Тамаки. — А-чан может говорить и по-человечески в этом обличии, но ленится, — хихикнула Некобаа. — Ч-что? Ни за что, — ошарашенно глядя на ободок, прорычал Саске. — Знячит, мне нужно просто не попаданяться, ня? — поинтересовалась я. — Хочешь ограничение по времени? — предложила Некобаа. — Вечером у няс миссиня, думаю, полчаса более чем достаточня. — Верно, — поддержал Итачи, придвинулся, и поднял меня на руки.
Уставившись на него, я заметила на его макушке белые ушки. Не сдержавшись, прижалась пушистой щекой к его подбородку, и довольно потёрлась. Увидев на голове брата кошачьи уши, Саске остолбенел. Его лицо перекосилось, а руки задрожали. После минутного ступора, он решительно надел ободок на голову, и смущённо покраснел.