Тоширо недовольно окинул Учиху и Узумаки ледяным взглядом. Выдохнул, и направился ко мне.
— Простите, мне так жаль, — извинилась женщина, трепетно вцепившаяся в свою дочь. — Нет-нет, за что вы извиняетесь? Было бы очень обидно, если бы Сачико-нян уронила яблочко и замарала такое прелестное юката, — огорчилась я. — Всё в порядке, Акане-чан? — появившись за моей спиной, спросил Хитсугая. — Да-да, всё прекрасно. Пока-пока, Сачико-нян. Такая милашка, я тоже такую хочу, — продолжая сюсюкать и умиляться, протянула я. — Ещё одна такая просьба, и я точно не смогу отказать, — усмехнувшись, заметил Тоширо себе под нос. Взял меня за руку и повёл вперёд.
Дорога привела нас к навесу, сооружённому перед храмом. От сцены выстроились ряды стульев более чем для сотни зрителей. А за рядами обычных мест возводилось каменное сооружение для почётных гостей и Цучикаге. Рабочие суетливо бегали, обустраивая импровизированный зал под открытым небом.
— Как тут красиво, — восторженно заметила Хината, оглядывая бумажные фонари и световые гирлянды, украшающие всё вокруг. — Мы будем здесь, — остановившись в пятом ряду, заметил Итачи.
Шиноби за его спиной переглянулись и начали удобно рассаживаться по местам. Тоширо согласно кивнул и повёл меня дальше к сцене, перед которой уже сидели два зрителя.
— Добрый день, Хитсугая-сама, Акане-химе, — послышался голос Цучикаге.
Подойдя ещё ближе, я увидела его сидящим рядом с женщиной и парнем в первом ряду. Оноки едва доставал макушкой до края сиденья из-за чего сзади его невозможно было увидеть.
«Коротышка!» — мысленно усмехнулась я, пытаясь сохранить невозмутимость. Скрывая улыбку, низко поклонилась, будто вежливо приветствуя присутствующих.
— Добрый день, Оноки-доно, — кивнул Хитсугая. — Прошу, познакомьтесь, Сора-сан — организатор фестиваля, — представил нам изящную гейшу Оноки. — Рада знакомству с вами, — поднявшись с места и низко склонившись, поприветствовала Сора.
Завороженная отточенными движениями, я низко поклонилась в ответ.
— Сатоши-кун — подмастерий Тенгу-сама, — указывая на смутившегося парня, заметил Цучикаге. — Очень приятно, — нервничая, протараторил Сатоши. Быстро встал и поклонился.
Я поприветствовала и его.
— Ваш сопровождающий был очень вежлив, приглашая нас, — вскользь заметил Оноки, — не ожидал подобного от Учихи… — Надеюсь, он не доставил вам неудобств, — обрывая конец фразы, заметила я. — Не хотелось отрывать вас от важных дел, позвольте мне начать? — ослепительно улыбаясь, попросила я. — Конечно, прошу, — нахмурившись, одобрил Цучикаге. — Большое спасибо, — снова склонившись, поблагодарила я. Развернулась и плавно поднялась по лестнице, ведущей на сцену. Разулась и засеменила к центру.
«Чтоб тебя кошки за нос, старый дурак! — мысленно прокричала я. — Хотел поднять тему истребления клана Учиха, это же очевидно… Вот сволочь!»
— Ваша невеста сегодня очень… бодра, — подбирая слова, хмыкнул Оноки. — Акане-чан давно мечтала поучаствовать в вашем фестивале, — честно поведал Тоширо, присаживаясь рядом с ним. — Акане из Конохи, да? Наслышана, но никогда не видела лично, — задумчиво проговорила Сора. — Тенгу-сама обожает Акане-химе, — нетерпеливо выпалил Сатоши, выглянул из-за Соры. Встретившись взглядом с ледяными бирюзовыми глазами, парень нервно сглотнул и неловко замялся, — то есть выступления Акане-химе…
Добравшись до центра сцены, я аккуратно присела прямо на пол. Неуловимо сложила печати призыва и опустила ладонь перед собой. Пространство окутало дымом. Зрители в первом ряду удивлённо напряглись, с интересом наблюдая за моими действиями. Когда непроглядная завеса дыма рассеялась, присутствующие оглядели деревянный тринадцати струнный инструмент.
— О, вы шиноби? — поразилась Сора, восторженно разглядывая инструмент передо мной. — Да, самую малость, — нагло соврала я. Ностальгически провела рукой по краю кото и начала надевать медиаторы на пальцы правой руки: большой, указательный и средний. После чего стала настраивать инструмент. — Какая редкость в наших краях, вы играете на кото? — поинтересовался Оноки. — Да, вы правы, Оноки-сама, — с яркой улыбкой ответила я.