— Посмотри на меня, Араси, — срывчатым голосом проговорил он, коснувшись моего лица.
Открыв глаза, я посмотрела на него, с каждый мгновеньем покрываясь краской всё сильней. Разгорячённые пальцы заботливо скользнули по моей скуле, коснулись подбородка и приподняли моё лицо, Итачи склонился и поцеловал меня в губы. Его рука сдвинула моё бедро и крепко сжалась, я почувствовала как в меня что-то проникает. После неглубокого толчка, я испуганно пискнула, округлив глаза и впилась ногтями в широкие плечи. Итачи оторвался от поцелуя, чтобы оглядеть меня.
— Терпимо, — шёпотом заявила я, с ослепительной улыбкой, красная как помидор, чем вызвала на его лице улыбку. — Умница, — Итачи начал плавно двигаться, с каждым толчком срывая с моих губ обжигающий выдох.
Привыкнув и расслабившись, я застонала в голос, нетерпеливо цепляясь ногтями в спину Учихи. Тело горело, словно в огне, дыхание подводило, сердце бешено стучало, отдаваясь гулом в ушах. Глаза застилал туман, а рассудок помутился. Горячие руки блуждали по моему телу, то лаская, то зажимая в тиски. Почувствовав, как по телу пролетает электрический разряд, заставляя дрожать каждой клеточкой тела, я изогнулась и буквально забыла, как дышать от удовольствия. Итачи неожиданно ускорился, заставляя меня оглушительно стонать и задыхаться. Потом замедлился и несдержанно простонал. Я осеклась и невидящим взглядом осмотрела его лицо. Учиха напрягся и в наслаждении прикрыл глаза. Заворожено наблюдая за ним, я прошептала:
— Я тебя люблю.
Открыв глаза, он с облегчением выдохнул, обжигая меня горячим дыханием.
— Моя драгоценная Араси, я тоже люблю тебя, — томно проговорил Итачи, целуя меня, перед тем, как я провалилась в сон.
17 день. 27 мая. Пляж
Медленно просыпаясь, я почувствовала тепло. Лениво приоткрыла глаза и сообразила, что лежу нос к носу с Итачи.
— Доброе утро, Араси, — с ослепительной улыбкой произнёс он. — Доброе, — смущённо улыбнулась я в ответ. — Как себя чувствуешь? — спросил Учиха, ласково поглаживая мою скулу. — Замечательно, — довольно зажмурившись, ответила я. — Отнести тебя в душ? — Сама могу, — надув губы, заявила я.
Но Итачи своевольно подхватил меня на руки и отнёс в ванную. Усадил на низкую скамеечку и начал настраивать воду. Оглядев себя, я попыталась вспомнить, когда успела раздеться и повернулась к Учихе, чтобы спросить, но увидев его абсолютно голым, залилась краской и уткнулась носом в колени, свернувшись в клубок, окутанный бирюзовыми волосами.
— Неужели ещё не привыкла? — обиженно прошептал бархатистый голос у меня над ухом. — Н-нет, — сдавленно пискнула я.
Учиха начал поливать меня тёплой водой. Оторвавшись от колен, я села ровно. Полностью намочив меня, он принялся намыливать мои длинные волосы. Я расслабилась, чувствуя приятные прикосновения. Но это быстро закончилось, Итачи ополоснул меня и, намылив губку, принялся терпеливо мыть.
— Ня-я, как приятно… — протянула я, становясь на четвереньки. — Араси, — обречённо проговорил Учиха, продолжая намыливать меня со всех сторон. — Что-о? — лениво промямлила я и легла на спину, подставляя грудь и живот. — Нет, ничего, — вздохнув, обречённо отмахнулся он. Намылил остальные части тела, а закончив, уселся на скамеечку, спиной ко мне.
Смыв с себя пену, я принялась намыливать губку. Повернулась к Итачи передом и замерла на месте.
— Что? Это я так? — шокировано, произнесла я, уставившись на кровавые следы на широкой спине. Губка выпала из моих рук. Я подползла к нему на коленях, убрала волосы с его спины и внимательно оглядела порезы от ногтей. — Прости, я не хотела, сейчас вылечу… — Как жаль, а я хотел, чтобы они подольше оставались там, — огорчился Итачи. — Ч-что? Что за глупости, мы идём на пляж, — пробубнила я, заканчивая лечение. — Да, верно, — согласился он.