За прошедшие с прошлой встречи три года, он заметно возмужал. Стал немного выше, хотя при моём росте и отсутствии окобо гейши на высокой платформе, разница на целую голову показалась колоссальной. Пришлось задрать голову, чтобы лучше рассмотреть лицо Учихи. Всё такое же серьёзное и прекрасное. Только полосы на щеках стали чуть длиннее, говоря о множестве стрессов, что он пережил. Оглядывая чёрные глаза, я мысленно отметила, какими одинокими и печальными они казались теперь.
— Араси?.. — сам в это не веря, позвал Учиха. Напрягая зрение, он прищурился и оглядел мою голову, задерживая неясный взгляд на растрёпанной бирюзовой макушке.
«Плохо видит из-за частого использования Мангекью? Дядя Какаши говорил об этом…» — сообразила я, теряя бдительность.
Вспомнив, как в прошлый раз попала в гендзюцу, я опасливо зажмурилась и напряглась. По моему виску скатилась капелька пота, смешиваясь с влажными каплями мелких брызг от дождя.
— Посмотри на меня, Араси, — ласково и так соблазнительно шепнул низкий бархатный голос.
Ещё крепче жмурясь, я заметно покраснела и неловко заёрзала. Я сконцентрировала чакру и начала молниеносно складывать печати. Но мои замёрзшие руки резко перехватила и зажала горячая ладонь, а оледеневших губ коснулись тёплые губы Учихи. Внутри меня будто что-то подпрыгнуло, заставляя трепетать. В животе как-то странно приятно защекотало. Неспешно приоткрыв веки, я встретила взглядом Шаринган и мысленно ругнулась, проваливаясь в забытье гендзюцу.
— Нья-я! Дурак, ты что делаешь? — поражённо запищала я, переходя на ультразвук.
— Ты так выросла за эти годы Араси, — нависая надо мной на четвереньках, заметил Учиха. Его чёрный взгляд внимательно прошёлся по моему лицу.
— Ты издеваешься?! Всего лишь на шесть сантиметров! — не выдерживая, взбесилась я, задетая за самое больное. Резко дёрнулась, но мои руки и ноги оказались привязаны к столбам кровати. Чувствуя искусственную мягкость постели, на которой уже однажды лежала, я нервно сглотнула, опасливо поглядывая то на Учиху, то по сторонам.
Итачи замер и ослепительно улыбнулся, не скрывая смешок. В моём животе всё предательски оборвалось, заставляя таять от умиления. Даже сердце застучало сильнее, словно я опять пробежала пару километров на максимальной скорости. Ярко вспыхнув, я через силу отвернулась и зажмурилась, пытаясь сконцентрироваться и освободиться от гендзюцу.
— Нет, не пытайся сбежать, — мягко произнёс Учиха, склонившись к моему уху, тем самым основательно разрушая стену и без того хрупкой сосредоточенности.
— Ня! Ушко! Моё ушко! Дурак! — пискнула я на ультразвуке, заливаясь краской, и гневно затараторила: — Когда я выберусь, прибью тебя при первой же возможности голыми руками!
— Что ты здесь делаешь, Араси? — игнорируя мой писк и невежественную грубость, спокойно поинтересовался Учиха.
— Помогаю дяде Какаши поймать тебя и твоего брата и вернуть обоих в Коноху, — честно сказала я и скосила взгляд на появляющуюся на его красивых губах самодовольную ухмылку.
— И благополучно попалась сама, — довольно произнёс Учиха. Его ладонь неторопливо, плавно, даже как-то трепетно лелея легла на мою щёку.
От места горячего прикосновения по моей коже промчались мурашки, разливая по телу приятную волну тепла и ласки. Неловко зажмурившись, я жалобно поджала губы, поёжилась и затаила дыхание. Казалось, сердце добьёт меня дикой аритмией, отбиваясь где-то в районе живота. Ощущая беспокойство, я нервно затараторила то, о чём хотела поинтересоваться уже давно:
— Задание!.. Это тогда ведь Данзо приказал тебе?.. — резко замолчала я, не желая произносить окончание своего предположения. Нерешительно открыла глаза и уставилась на оторопевшего Учиху. Мне показалось, что в чёрных глазах промелькнули отчаяние и тоска.
— Откуда тебе это известно? — совладав с эмоциями, спокойно, но, по-видимому, настороженно спросил он.