Очнувшись, Хитсугая моргнул и уставился на отца семейства.
— Има-сан, вы… — начал он, но был молниеносно схвачен и заброшен в ванну, наполненную горячей водой. — Я кому сказал, зовите меня папулей?! — взбесился Има.
Вынырнув, Тоширо ошарашенно подскочил, но его снова окунули в воду.
— Перестань, пап, иначе Тоширо заморозит воду, — настоял Юу, глядя, как отец держит того под водой. — Убить меня хотите? — зарычал Хитсугая, ощутив свободу. — М-м-м? — сверкая убивающим взглядом, протянул Има, приблизившись к нему нос к носу. — П-папа, — заикнулся он, нервно сглотнув. — Видишь, не сложно же, — довольно оскалившись, протянул Има и погладил Тоширо, растрепав белоснежные пряди. Повернулся к Учихе и выжидательно замер. — Слушаюсь, отец, — сохраняя спокойствие, проговорил Итачи. — И с чего бы это? — удивился Йоши и, уже вымытый, забрался в ванну, рядом с Тоширо.
Юу подошёл к отцу и принялся намыливать его спину.
— Ты же сам наблюдал, сын, — заметил Има. — Их кулаки мне о многом рассказали. — О чём? — удивился Юма, забираясь в ванну. — О решимости, силе духа, страхах и любви! — убеждённо заявил отец. — Не понимаю, они же ни слова не сказали, — не веря, проговорил младший сын. — Ты вырастешь и поймёшь, — заверил Йоши и взлохматил тёмные волосы на макушке брата. — Ты говоришь так, будто сам вырос, — скептично заметил Тоширо. — Постарше тебя буду, — убивая его взглядом, напомнил Йоши. — Это ничего не значит, — замораживая того ледяными искрами из глаз, прорычал Хитсугая. — Если расплескаете воду, мама вас прикончит, — безразлично заметил Юу и начал мыть длинные волосы отца.
Тоширо поднялся и вылез из ванны, направляясь к душу. Открыл холодную воду и с наслаждением подставил лицо под струи.
— Готово, папа, — закончил ополаскивать пену Юу. — Что бы я без тебя делал, радость моя, — весело просюсюкал тот. — Ты так говоришь, только потому что я похож на сестрёнку, — фыркнул близнец. — Не говори таких жестоких вещей, сын, — обиделся Има. Обнял его и принялся тискать в объятьях. — Я всех вас одинаково люблю. — Пусти-пусти-пусти! — Я проголодался, — наблюдая за мучениями брата, заметил Юма. Вылез из ванны и направился на выход. Но был схвачен отцом. — Папулиной любви на всех хватил, котятки! — самодовольно заявил отец.
Тоширо и Итачи мельком переглянулись и отчаянно вздохнули.
— Идите ко мне, я вас всех обниму! — велел Има. — Скорее ад замёрзнет, — пробубнил Хитсугая себе под нос. — Какой холодный ребёнок, а ну иди сюда, — отпуская сыновей, отец оказался перед Тоширо и попытался схватить. — Бежим отсюда, братик! — схватив брата за руку, настоял Юу и побежал на выход. — Куда? Полотенца хоть набросьте, иначе мамуля снова будет ругаться, — отвлёкся Има, упустив свою добычу. — Я ими займусь, — заверил Йоши, быстро накинув на себя юката. Схватил два полотенца и убежал.
— Как я вижу, вы уже всё обсудили, — серьёзно заметил Има, оставшись с Тоширо и Итачи наедине. — Да, в вашем стиле, — усмехнулся Хитсугая. — И правильно, за мужика должны говорить его кулаки. — Если моя хозяйка будет счастлива, я не буду вмешиваться, — заверил Итачи. — Какой ты покладистый или ты мазохист? — оскалился Има. — Сама судьба привела её к Тоширо-куну, как бы я не пытался это предотвратить, она полюбила его, — грустно заметил Учиха. — Предотвратить? Слыхал про такое, — задумался отец и коварно оскалился. — Девушки нежные, хрупкие и переменчивы как ветер. — Да, чтобы куноичи были верны деревне и делали всё для её блага, к ним приставляли шиноби, которые влюбляли их в себя и всему обучали. — Какого чёрта, Учиха? — взбесился Тоширо. — Ты неправильно понял, Тоширо-кун, — заверил Итачи. — У меня не было плохих намерений, если бы мы просто вернулись в Коноху после выполнения миссии, то поженились бы.
Хитсугая замер, поражённо округлив глаза. Има заинтересовано поднял бровь, переводя взгляд с одного на другого.
— Она слишком невинна, а значит впечатлительна. Неопытность порождает любопытство, сопротивляться которому порой невозможно, — убеждённо произнёс Итачи и многозначительно посмотрел на пах Тоширо. — Да я бы… — начал оправдываться тот, но замолчал, припомнив пару откровенных моментов. — «Просто она была соблазнительна даже в другом облике» — написано на твоей физиономии, — язвительно заметил отец. — Не буду врать, при нашей первой встрече, её реатсу и поведение показались мне знакомыми, но другой облик… я был сбит с толку, — задумался Тоширо. — Кто бы говорил, — вздохнул Итачи. — Я пытался сказать, — обречённо заверил Хитсугая. — А когда она упомянула, что выглядит по-другому, я начал надеяться, что, наконец, нашёл её, спустя столько лет…