Повернувшись ко мне, он на мгновение оторопел, напрягся и, тяжело вздохнул.
— Раньше всех, обещаю, — заверил. Наклонился и нетерпеливо поцеловал меня в губы.
Удивлённо моргнув, я моментально покраснела и зажмурилась.
— До скорого, — отстранившись, прошептал мне в губы Тоширо. — Удачного дня, — промямлила. От моего лица тонкой струйкой пошёл пар, и я изнурённо опустилась на пол. — Нечестно-нечестно! — недовольно запричитал Юу. — Раз Тоширо стал капитаном… Я ведь обещал, а мужики должны держать обещания, — сдерживая слёзы, заявил папа.
Хитсугая довольно ухмыльнулся и исчез.
— Так, идёмте завтракать, иначе опоздаем, — недовольно напомнила мама.
Опомнившись, я удивлённо посмотрела на неё. Папа и Юу направились на выход.
— Вы тоже уходите? — Да, конечно, но сначала я накормлю тебя, ты со вчерашнего дня ничего не ела, родная, — заметила мама.
Подойдя ко мне, Итачи поднял меня на руки и понёс к выходу из комнаты.
— С-стой, я сама могу идти, — стыдливо засопротивлялась я. — Всё в порядке, хозяйка, — спокойно заверил Итачи. — Глупый кошак, слушайся меня, — зашипела. — Боже-Боже, — хихикнула мама. — Ты готов носить её на руках. Спасибо, что заботишься о нашей дочери, Итачи-кун. — Доброе утро, — сонно поприветствовал Юма. Его тёмные волосы сильно взлохматились после сна, а на макушке приняли вид кошачьих ушей. — Ня-я! Юма-нян! Доброе утро! — восхитилась я и заметно покраснела. — Доброе утро, Юма-кун, умывайся, иначе опоздаешь, — улыбнулась мама. — Что? Братик Юма тоже уходит? Чем вы будете заниматься? — поразилась я.
Итачи вошёл в столовую и аккуратно усадил меня за стол.
— Все мы служим в отрядах Готей 13, родная, — принялась накрывать на стол мама. — Я, Юу-кун и Юма-кун служим в четвёртом отряде, а Йоши-кун и папуля в одиннадцатом отряде. — В одиннадцатом… У этого страшного дядьки-капитана? — оторопела я. — Он напомнил мне Игараси, — горько вздохнула. — Верно, он тоже был в одиннадцатом отряде, — понуро поведала мама. — Так чем вы занимаетесь весь день? — сменила я тему. — У нас строгое расписание: в 6 подъём для кухонного наряда, в 8 для дневной смены. — Как рано… — оторопела я. — Верно, потому что многие офицеры живут в бараках своих отрядов, а значит им нужно успеть на завтрак к 8:30. Потом построение всего отряда в 9 утра. С 10 до 18 посты дневной смены. Обед с 12 до 13, а ужин в 19 часов. В 20:00 — вечернее построение, а в 9 вечера развод на посты ночной смены. В 22:00 отбой. — Как сложно, мамулечка, — накуксилась я. — Думаешь? Мы привыкли, — улыбнулась она. — А какие у вас ранги? — поинтересовалась. — Папуля четвёртый офицер в одиннадцатом отряде, — самодовольно заявил папа, уже одетый в стандартную чёрную униформу. — Братик Йоши пятый офицер, также как и я, — поведал Юу, заходя следом, также в чёрных хакама и косоде. — Мама шестой офицер, а братик Юма пока только рядовой офицер. — Ого, здорово, — восхитилась я. — Значит, лейтенант — второй офицер, а капитан — первый офицер… Подождите, как так, ночные смены, отбой в 10 вечера, и так каждый день? — сообразила. — Десять вечера — это так поздно…
«Неужели, я опять буду постоянно одна?» — подумала и накуксилась.
— Не делай такую жалостливую моську, котенька, — кидаясь на меня с объятьями, заметил папа. — Папуля будет проводить с тобой каждую свободную минуту! — Я уверена, что Тоширо-кун будет свободен намного раньше, — задумалась мама. — Нечестно! Хоть Тоширо и капитан, он успевает сделать все дела до обеда и даже умудряется поспать днём, — завистливо пробурчал Юу и тоже набросился на меня с объятьями. — Это именно потому, что он капитан… Наш капитан вообще отчёты не делает, — заверил папа. — Правда-правда? — просияла я. — Кушайте, родная, Итачи-кун, — настояла мама. — Чай или молоко? — Приятного аппетита. Чай, пожалуйста, — вежливо кивнул Учиха. — Молочко! Ей, приятного аппетита! — счастливо запищала я, и торопливо принялась опустошать тарелки. Замерла и прослезилась. — Вкусно… Как вкусно, мамулечка! — Ох, не торопись, — запереживала она, и поспешно налила мне стакан молока. — Ня-я! Спасибо за еду! — удовлетворённо выдохнула, покончив с большей частью блюд. — Вот, умница, — улыбнулась мама. — А теперь, мальчики, нам пора. — Никуда не пойду! — в голос запричитали Юу и папа, лёжа по бокам от меня и, обнимая за талию. — Хо-о? — угрожающе понизив голос, протянула мама. — Да мамуля, уже иду, — нервно сглотнув, поднялся на ноги папа. — Юу-кун, — позвал Итачи. — Да-да, — горько выдохнул тот и послушно встал. — Я готов, — появился на деревянной веранде Юма, уже причёсанный и одетый в униформу. — Мы вернёмся ближе к девяти вечера, — поднимаясь, заверила мама. — Отдыхайте, либо можете погулять. — Хорошо! Пока-пока! До вечера! Удачного дня! — весело улыбаясь, и махая обеими руками, попрощалась я.