С трудом отдышавшись, я перевернулась на спину, обхватывая торс Тоширо, притягивая к себе, заставляя его встать на четвереньки. Зарываясь дрожащими пальцами в белоснежные пряди, приблизилась к его губам и нетерпимо впилась поцелуем. Его язык тут же проник глубже, снова заставляя задыхаться и сдавлено стонать.
Вновь чувствуя приближение пика, я учащённо задышала, выдохи мои сорвались до хрипоты. Запрокинув голову, задохнулась, прогнувшись в спине и цепляясь пальцами за влажную простынь.
— Ещё немного, не отключайся, — настоял Тоширо. Провёл языком по моей груди и снова прикусил кожу, оставляя отчётливый след.
Наблюдая за ним из-под полуприкрытых век, задыхаясь, я бессильно расслабилась, наслаждаясь дрожью, отдающейся от низа живота. Немного ускорившись, он замер, резко проникая до самого конца.
— Слишком глубоко, — выгнувшись, простонала я, с удовольствием оглядывая его счастливое лицо.
Усмехнувшись, Тоширо ласково поцеловал меня в губы и обречённо вздохнул, глядя как я проваливаюсь в сон.
102 день. 20 августа. Доигрались
Услышав щебетание птиц сквозь сон, лениво приоткрыв веки, я сощурилась от тёплых ярких солнечных лучей. Прикрылась протянутой вперёд ладонью и замерла. Мой взгляд в который раз задержался на колечке на безымянном пальце.
— Никак не привыкну, — сонно промямлила.
Стыдливо покраснела и припомнила, как проснулась с кольцом на пальце впервые.
«Если бы я не уснула, Тоширо надел бы его как полагается… Какой стыд! Надо больше тренировать свою выносливость…» — обречённо вздохнула и ласково потёрла щёку тыльной стороной ладони.
Мой желудок жалобно заурчал, напоминая о времени. Неторопливо выбравшись из мягкой тёплой постели, я ловко вздёрнула тонкое одеяло, наспех заправляя кровать. Зевнула и направилась на кухню, привычно не обращая внимания на собственную наготу. С нетерпением пошарившись в холодильнике и по полочкам, повытаскивала всевозможных ингредиентов. Надела и подвязала белоснежный фартук и, пуская слюнки, принялась готовить запоздавший завтрак.
«Так, не отвлекаемся, про тренировки не забываем!» — сообразила и сама себе кивнула.
Сконцентрировалась на сенсорном восприятии и серьёзно сосредоточилась. До моего обоняния донеслись ароматы жареной яичницы, перца и томатов, руша стену концентрации. Сглотнув, быстро выложила всё на тарелку и принялась жадно уплетать, мурлыча от наслаждения.
— Как хочется чего-нибудь сладенького, — жалобно простонала.
Мой взгляд упал на тарелку. Желток соблазнительно растёкся, смешавшись с мякотью томата. Забывшись, я склонилась над блюдом и принялась вылизывать его языком.
— Кошка меня за хвост, что я такое творю? — опомнилась, отполировав тарелку до блеска.
«Кошачьи привычки дают о себе знать? Сколько времени прошло с тех пор, когда я жила с няко-ниндзя? Тоширо посмеётся надо мной, если увидит…» — нервно подумала, дёрнув бровью.
Прибралась на кухне, сняла с себя фартук, и абсолютно голая вышла во двор. Приятно вытянулась, подставляя лицо и тело пекущему солнцу и довольно вдохнула полной грудью.
— Тренировка-тренировка, — весело промурлыкала, улыбаясь.
Снова сконцентрировалась на поиске чакры и принялась разминать все мышцы, начиная с шеи. Растянулась на поперечном шпагате и улеглась на живот, вытянув руки вперёд. Зелёная трава приятно щекотала обнажённую кожу, а её аромат напомнил о Конохе и постоянных тренировках. Улыбнувшись воспоминаниям, я сдвинула ноги и приняла упор лёжа. Вытянула руки и принялась ритмично отжиматься, считая про себя. Сделав пятьсот отжиманий, ловко задрала ноги вверх, принимая устойчивое вертикальное положение, и продолжила отжиматься.
«Совсем форму потеряла…» — цыкнула недовольно, замечая, как подступает усталость.
Сделав ещё пятьсот отжимания, плавно перевалилась назад, вставая на мостик. Оттолкнулась руками и разогнулась. Раздвинула ноги шире плеч, сложила руки за головой и начала приседать. Ритмично, неторопливо, стараясь не делать резких движений. От напряжения моё тело покрылось потом, так, что по коже потекла влага.
— Тысяча! — закончила я, выпрямившись. — Мой предел в таком состоянии, какой позор…
Уселась на траву, скрестив ноги и принялась медитировать.
«Радиус сенсорной чувствительности вырос до семи километров, но этого ещё недостаточно, я всё ещё не ощущаю Тоширо…» — раздосадовано отметила, напряжённо хмурясь.