Трепеща от восторга, я радостно хихикнула, забывая обо всём на свете.
— Только пикни, дорогой, — едва слышно велела мама, склонившись над папиным ухом. — Хватит смущать ребёнка.
— Слушаюсь, мамуля, — боязливо кивнул тот.
Подперев свою поясницу руками, я вытянула ноги вверх, плавно развела их в разные стороны и снова замерла, растянувшись в шпагате. Закончив, облегчённо выдохнула.
Тоширо плавно опустил меня себе на грудь. Сел и обнял меня со спины, крепко сжимая в своих объятьях.
— Ня-я, — веселясь, умилилась я, но мой желудок жалобно проурчал, напоминая о голоде.
— Ага, я помню, — усмехнулся Тоширо, поднимаясь на ноги вместе со мной в обнимку.
Развернувшись, я увидела на веранде остальных и ярко вспыхнула.
— Какая милашка, — в голос простонали папа и Юу, наконец, подав голос.
— Родная, завтрак готов, но сначала в душ, — ослепительно улыбаясь, напомнила мама, разом затыкая рты обоим.
Тоширо поставил меня на деревянную веранду и отпустил. Развернувшись, я торопливо побежала в ванную.
— Продолжим? — опомнился Йоши.
— Ага, — кивнул Тоширо.
— Итачи-кун, самое время начать готовить чай, — возвращаясь на кухню, улыбаясь, проговорила мама. — Юу-кун, Юма-кун, идите кушать.
Все трое послушно кивнули.
***
— Ей! Еда-еда! — нетерпеливо забегая на кухню, засияла я, снова в банном юката и с распущенными волосами. Освежённая и расслабленная.
Итачи выставил тарелку с яичницей на разделочный стол, прямо передо мной.
Замерев с открытым ртом, я глубоко вдохнула, наслаждаясь ароматом и сглотнула навернувшуюся слюну, оглядывая сверкающую поверхность яичницы. Упёрлась в стол грудью, наклоняясь к тарелке и нетерпеливо впилась губами в верхушку желтка. Не выдержав давления, мякоть поструилась, растекаясь вокруг. Жадно втянув её ртом, удовлетворённо сглотнула, зажмурившись от наслаждения. Облизала перемазанные желтком губы и выпрямилась, глядя Итачи в глаза.
Учиха заметно расслабился и улыбнулся, наблюдая за мной.
— Он идеален, обожаю желток, — счастливо сияя, заверила я. Подхватила тарелку и торопливо побежала с ней к низкому столу, где Юу и Юма уже доедали свой завтрак. Уселась и сложила ладони вместе. — Приятного аппетита!
Восторженно уплетая яичницу, точно выполненную по заказу, невнятно промямлила с набитым ртом и удовлетворённо замычала. Опустошив тарелку, склонилась и начисто вылизала её языком.
— Мня-ха! Так вкусня! — облизываясь, довольно простонала. Осеклась и перевела взгляд на братьев. — Вы нячего ня видели…
Юма согласно кивнул. Поднялся из-за стола и отнёс пустую тарелку к раковине.
— Сестрёнка, такая милашка, — восхищённо протянул Юу. Уткнулся лицом в сложенные перед собой руки и бессильно захныкал, что-то бубня.
— Десерт, — выставив передо мной ещё одно блюдо, напомнил Итачи.
Оглядев три блинчика, идеально одинаковых по форме и цвету, накрытых шариком шоколадного мороженого и усыпанных свежими кусочками киви, я затаила дыхание и счастливо прослезилась.
— Какая прелесть! — умиляясь и пуская слюнки, пропищала. Склонилась к тарелке и провела языком по таящей верхушке мороженого, захватывая кусочек киви. Распробовав кисло-сладкую смесь, довольно поморщила нос и проглотила. — Это совершенство!
— Хорошо, — облегчённо выдохнул Итачи.
Его горячая ладонь легла мне на голову и ласково погладила взъерошенную чёлку. Опустилась к щеке и нежно потеребила. Будто опомнившись, Итачи убрал руку, забрал со стола пустые тарелки: мою и Юу, и ушёл к раковине.
Неудовлетворённо накуксившись, я смущённо покраснела и принялась с жадностью поедать блинчики. Опустошив тарелку, довольно выдохнула и развалилась на спине, зажмурившись от удовольствия.
— Сюда-сюда, котенька, — поманил к себе папа и похлопал по своему бедру.
— Ня-я! — просияла я.
Лениво поднялась и на четвереньках доползла до деревянной веранды. Юма подвинулся, пропуская меня ближе к папе. Уткнувшись щекой в крепкое папино бедро, я бессильно расслабилась, укладываясь на боку.
Большая тёплая ладонь принялась гладить меня по голове, усыпляя тяжёлыми, но нежными прикосновениями.
Волнительно елозя и жмурясь от наслаждения, я замурлыкала, потираясь щекой о папину ногу.
— Меня тоже погладить, — недовольно пробубнил Юу, укладываясь с другой стороны.