— Пришли, не слишком резко пахнет? — обеспокоилась мама.
— Терпимо, меня уже давно не тошнит, — смущённо улыбнувшись, заверила я, первой проходя внутрь.
— Добро пожаловать! — поприветствовала девушка-консультант.
— Здравствуйте! — в голос протянули мы. Переглянулись и весело захихикали.
Некоторое время спустя.
— Вот ещё одни, — предложила продавец, пшикнув из маленького флакона на бумажку.
— Ня! — восторжествовала я, округлив глаза. — Как они вкусно пахнут! Я чувствую арбуз, персик, киви и чёрную смородину! Ня-ха! Мне нравятся эти-эти!
— Так приторно пахнут, но они тебе подходят, родная, — довольно заметила мама.
Девушка-консультант рассказала о выбранных духах подробнее, как и когда их лучше использовать.
Искупавшись в «облаке» от распылённых духов, я довольно прикрыла глаза и, обхватив себя руками, умилённо заёрзала.
— Мы берём их, упакуйте, пожалуйста, — ослепительно улыбаясь, попросила мама и ласково погладила меня по голове.
— Спасибо за покупку! — поблагодарила продавец, вежливо поклонившись.
Выйдя на улицу, мы всё также беззаботно хихикая пошли дальше, оглядывая попадающиеся по дороге лавочки и магазинчики.
— Ня! Выглядит аппетитно, — заинтригованно оглядывая ряды лавочек с едой, протянула я, сглотнула навернувшуюся слюну и забегала взглядом.
— Выбирай, — улыбнулась мама.
— Хочу его! — указала я пальцем на прилавок. Мужчина, стоящий за ним, ярко покраснел, не веря, указывая на себя пальцем.
— И правда, выглядит соблазнительно, — облизнулась мама. — Дайте два, пожалуйста!
— Д-да! — опомнился мужчина и принялся готовить на плите лапшу.
— Давно не ела булочку с якисобой, — задумалась мама.
Я согласно закивала, неотрывно оглядывая поджаривающуюся мякоть булочек, постоянно сглатывая и глубоко вдыхая аромат.
— Г-готово, — нервно сглотнул мужчина, передавая две вытянутые объёмные булочки, наполненные обжаренной лапшой в сочном соусе.
— Какие большие, — в голос поразились мы с мамой и переглянулись.
— Поместится? — указав на свои губы, спросила я.
— Мы постараемся, — хихикнула мама.
После того, как мы забрали булочки, едва помещающиеся по толщине в одной руке, продавец, пылая от стыда, торопливо закланялся, благодаря за покупку и стыдливо отвернулся.
— Ня-я, — широко открывая рот, вожделенно протянула я.
— Родная, может присядем? — указала мама на лавочку, в отдалённом уединении под невысоким фонарём.
Торопливо усевшись на скамейку, мы принялись с аппетитом уплетать толстые булочки, наполненные горячей якисобой и сочным соусом с избытком.
Неподалёку.
— Почему именно их?.. — растягивая каждое слово, страдая, риторически пробормотал Има. Его лицо заметно покраснело, а дыхание участилось. Выглядывая из засады, он нервно сглатывал и постоянно мотал головой, отгоняя мысли. — Мужики, есть разговор!
Решительно развернувшись, он закинул руки на плечи Тоширо и Йоши и, склонившись, серьёзно нахмурился.
— Папа, ты преувеличиваешь, — нервно улыбнулся Юу, склоняясь перед ними, замыкая круг.
— Я в порядке, — заверил Тоширо.
— А я ничего не понял, — недоумевая, напрягся Йоши.
— Надо найти тебе девушку, — в голос заметили остальные.
— Чего? — оторопел он.
— Эй, у них серьёзные проблемы, — вмешался Юма. Учиха, стоявший рядом с ним тут же исчез.
Чуть ранее.
Неторопливо разевая рот, мы с мамой снова вцепились в булки, аккуратно откусывая большие кусочки.
Из тени улицы вышла шумная и, судя по запаху, пьяная компания из четырёх человек. Пошатываясь, они весело хихикали, а увидев нас, оживились и поспешили к лавочке.
Непонимающе замерев с открытыми ртами, занятыми булочками, мы с мамой смущённо покраснели, внезапно сфотографированные на телефон.
— Вот это зрелище! — довольно захохотал один из мужчин.
Оторопев, я выронила булку из рук, и почти не жуя, поспешно проглотила откушенный кусок. Гневно сверкнув взглядом, подскочила на ноги и потянулась за телефоном.
— Какого дьявола? Нельзя же так внезапно! — злобно сверля высокого мужчину взглядом, прошипела я. Нервно подпрыгнула, но до телефона так и не достала.
— Вы смотрите, какая активная! Давай выше, выше, — уставившись на мою грудь, подбодрил другой мужчина.
Яростно зашипев, я сделала шаг ближе и сконцентрировала в занесённом кулаке чакру.
— А ты симпатяжка, даже когда злишься, — захохотал третий.