Будто в подтверждение, поднялся ветер и сильно подул, вызывая девичьи визги по всей улице.
Подолы моего кимоно слабо развиваясь, приподнялись и плавно опустились.
— Видишь, всё в порядке, любовь моя, — заверила я и подалась ближе, выпятив губы.
Удивлённо моргнув, Тоширо склонился и поцеловал меня.
— Можешь целовать меня при посторонних? — шепнул мне в губы рычащий голос.
— Мня? Я так много раз тискала и целовала тебя в том виде, что привыкла, — сообразила, неловко краснея.
— Наконец-то, — довольно усмехнулся Тоширо. Обнял моё лицо ладонями и нетерпеливо впился в губы.
— Кья-я! Какие смелые! — смущённо заверещали девушки, стоящие неподалёку.
Полностью игнорируя их, Тоширо настойчиво проник языком в мой рот.
Ярко вспыхнув, зажмурившись, заметно подрагивая, я заторможенно ответила, ласково целуя его в ответ.
— Вот умница, — восторженно заметил Тоширо, отпрянув.
Смущённо накуксившись, жалобно поджав губы, я прикрыла рот кончиками пальцев и отвела взгляд. Заметив Итачи с чем-то в руке, заинтересованно приблизилась к нему. Коснулась пальцами нежной шерстяной ткани и восторженно просияла.
— Как мягенько, ня-я!
— Коварный Учиха, да ты фетишист? — насмехаясь, поинтересовался Тоширо.
— И в мыслях не было, — спокойно заверил тот. Осёкся и опустил взгляд на мой живот, а затем на ноги.
Оглядевшись по сторонам, я не приметила ни одной скамейки и раздосадовано надула щёки.
— Позволишь? — предложил Итачи, нервно хмурясь.
— Ха, — не сдержал смешка Тоширо.
— Что ты такое говоришь, вокруг столько людей, — нервно краснея, пискнула я, напряжённо глядя на толпу девушек, сбившихся в кучу и о чём-то перешёптывающихся.
— Мне всё равно, — заверил Итачи.
— Может, лучше ты, любовь моя? — попросила, жалобно глядя на него снизу.
— Предпочту снять их с тебя, — веселясь, заметил Тоширо, коварно сверкнув взглядом. — Стой смирно и дай ему одеть их.
— Ня-я?
Учиха присел передо мной, ловко расстегнул застёжку сандалии и поставил мою голую ступню на своё бедро.
— Глупый кошак, сама могу, — смущённо краснея, недовольно зашипела я.
Ощущая горячие ласковые прикосновения, поспешно натягивающие тёплую, нежную ткань на мою голень, а потом бедро, я ярко вспыхнула, жалобно поджала губы, нервно хмурясь, и напряжённо задрожала, крепко вцепившись обеими руками в руки Тоширо, сложенные в рукава.
Наслаждаясь ситуацией, он склонил голову на бок, разглядывая мою раскрасневшуюся физиономию и довольно ухмылялся.
— Готово, всё хорошо? — спокойно поинтересовался Итачи, поднявшись на ноги.
— Угу, мя-мягенько и тёпленько, — стыдливо надув губы, обиженно пробубнила, старательно не глядя на него.
— Твоя мордашка просто прелесть, — игриво пощекотав мой подбородок, заметил Тоширо.
— Водички мне, водички, а лучше молочка, — жалобно накуксилась я и поспешно направилась к примеченному магазинчику.
Поспешно отдаляясь от них, на прохладном ветру, постепенно пришла в себя. Купила литровый пакет молока и залпом опустошила.
— Ня-ха! Вкусняшка! Вот спасибочки!
— Ох, не может быть, это же Марисе-сама! — заликовал мужчина в магазине через дорогу.
— Такехико-нян? Вы в порядке! — просияла я и кинулась к его лавочке. — Божечки-кошечки, и ваши вкусняшки выглядят так же впечатляюще!
— Ох! — осёкся он, глядя на мой живот. — Примите мои поздравления! Сейчас наберу всего вашего самого любимого!
— Ня-я! Не стоит, не стоит, — смущённо краснея, замахала я рукой. Нетерпеливо облизалась и нервно сглотнула.
Весело улыбаясь, мужчина наполнил два больших бумажных пакета всевозможными сладостями и передал мне.
— Учиха-сама? — удивился Такехико.
— Здравствуйте, извините за беспокойство. Спасибо за вашу заботу, — забирая у меня один пакет, вежливо проговорил Итачи.
— И возьми ещё молока, — настоял Тоширо, забирая второй пакет из моих рук.
— Да, — кивнул Учиха и ушёл.
Такехико уставился на руку Тоширо, держащую пакет и удивлённо моргнул, разглядев обручальное кольцо, похожее на моё.
— Ах, это мой любимый муж Хитсугая Тоширо, — восторженно сияя, представила я его. — Такехико-нян — лучший кондитер в Конохе!
— Ох, вы меня смущаете, — неловко покраснел мужчина. Вежливо поклонился. — Позаботьтесь о нашей госпоже, Хитсугая-сама.
— Конечно, спасибо вам за всё и больше о ней не беспокойтесь, — усмехнувшись, заметил Тоширо и ловко заправил, развевающуюся на ветру, переднюю прядь бирюзовых волос за моё ухо.