Обречённо хмурясь, Учиха опустился на одно колено. Одной рукой прижал моё левое бедро к полу, а второй, обхватив за щиколотку, плавно надавливая, растянул мою ногу.
— Вот это выдержка, Итачи-сан, — восторженно захлопал Юу, наблюдая за нами.
— Ха, просто он конченный мазохист и наслаждается, тем, что себя сдерживает, — насмешливо усмехнулся Тоширо. — Посмотрим, на сколько его хватит.
— А тебя на сколько хватило? — хихикнул Юу.
— Сам как думаешь? — коварно оскалился он.
Сменив ноги, и хорошо растянувшись, я коварно сверкнула взглядом и совместила ступни.
Нервно уставившись на них, Итачи опустился на пятки ягодицами и положив ладони на мои согнутые колени, неспеша надавил.
Досчитав до тридцати, я протянула руки вперёд.
Итачи обхватил мои запястья и помог подняться, усадив ровно.
— Ой, я же совсем забыла про печать Бьякуго, — опомнилась я. Скрестила ноги и прикрыла глаза, медитируя, глубоко дыша и направляя чакру в печать.
— Ох, твоя реатсу, сестрёнка, — напрягся Юу.
— Всё хорошо, расслабься, — успокоил Тоширо.
Тяжело выдохнув, открыв веки, я уставилась на Учиху, напряжённо глядящего на меня.
Он дождался, когда я придвинула ступни к паху, положил ладони на мои бёдра и плавно нажал, придавливая к полу. Его дыхание немного ускорилось, а руки стали горячее.
Проследив за его напряжённым взглядом, неотрывно следящим за ступнями, хитро оскалив клыки, я согнула пальцы сначала на правой ноге, потом на левой и игриво заперебирала ими.
Тяжело выдохнув, Учиха глубоко задышал, по его виску покатилась капелька пота. Отпустив меня, он слегка отодвинулся.
Обхватив свою ступню кончиками пальцев, я оторвала её от пола и подняла, вытягивая максимально вверх, с наслаждением следя за Итачи, вожделенно следящим за отдаляющейся ногой.
— Чёрт бы тебя побрал, Учиха, сдавайся! — веселясь, выкрикнул Тоширо и не сдерживаясь, расхохотался.
— Сдаюсь, — горько выдохнул он.
— Ня-ха-ха-ха! А у меня есть ещё пара упражнений, — заверила, не сдерживая смех.
— Араси, прошу тебя, — жалобно хмурясь, попросил Итачи.
— Настоящая пытка, да? Она может делать это часами, — отсмеявшись, проговорил Тоширо и направился ко мне.
— Уж кто бы говорил, — надув щёки, пробубнила я, заметно краснея. Сдвинула ногу и положила Учихе на колени. — Если хочешь, можешь сделать массаж, только без щекотки.
— Да, — облегчённо вздохнул он и принялся нежно массировать мою ступню.
Довольно проурчав, и зажмурившись, я выпрямила вторую ногу и тоже протянула ему, укладываясь на спину.
— Тебе нравится, Араси-чан? — с наслаждением оглядывая моё лицо, спросил Тоширо.
— Конечно, м-м-м! — сладко простонала и разгорячённо выдохнула.
Усмехнувшись, Тоширо наклонился ближе, обдавая мои губы своим дыханием.
— Сестрёнка, я слышал, на фестивале будет цветная вата, кальмары и такояки! — ослепительно улыбаясь, заметил Юу, подкравшись к нам на четвереньках.
— Ня-я! Так чего же мы ждём?! — поразилась я, восторженно сверкнув взглядом.
Гневно дёрнув бровью, Тоширо отодвинулся, подхватил меня подмышками и поднял на ноги.
Раздосадовано вздохнув, Итачи печально насупился.
Облизнувшись, я понеслась в ванную.
— Ах ты, маленький гадёныш! Ещё раз помешаешь мне её поцеловать, я отморожу твою головёшку! — источая яростную ауру, прорычал Тоширо.
— Кья-я! Дурак, Тоширо, ты ж ледяной! — пискнул Юу.
Некоторое время спустя.
Выбежав из ванной, обмотанная влажным полотенцем и с маленьким полотенцем в руке, я напряжённо нахмурилась, кидаясь к Итачи.
Окинув меня взглядом, он нервно сглотнул.
— Что делать? Я без чакры не высохну ещё час, — прохныкала, жалобно глядя на него.
— К чёрту всё, никуда не идём, — решительно заявил Тоширо, уже одетый в тёмно-синее кимоно. Поднял меня на руки и понёс к кровати.
— Нет-нет-нет! Хочу такояки! И кальмара! И сладкую вату! Ня-я! — капризно запричитала, пытаясь выпутаться из крепких объятий.
— А я тебя хочу, — веселясь, усмехнулся он, наслаждаясь моими бессильными попытками.
— Сестрёнка, я видел фен, сейчас-сейчас! — прервал нас Юу и куда-то убежал.
— Да, братик! — заликовала я, вскинув обе руки вверх. Полотенце натянулось из последних сил и сорвалось с моей груди.
Довольно сверкнув взглядом, оскалившись, Тоширо без раздумий накинулся на обнажённую влажную кожу.
— Нья-я-я!
Некоторое время спустя.
Беспокойно оглядев в маленьком зеркальце свои взлохмаченные волнистые волосы, я нервно нахмурилась и пригладила длинную чёлку.