— Боже, дорогой, — скептично сощурилась мама. Перевела на меня взгляд и безвыходно пожала плечами. — Прости, родная, чуть позже само пройдёт.
— Ничего-ничего, папулечка может делать, что хочет, — веселясь, отмахнулась.
— Добрый вечер, — приветливо кивнул Тоширо, подходя и нагло забирая меня. — Не стойте во дворе, проходите.
— Добрый вечер, Тоширо-кун! Прими наши поздравления, с днём рождения! — радостно пожелала мама. — Дорогой, где подарок?
— Ещё чего? Я уже подарил ему свою котеньку! — обиженно кинул папа.
— И, правда, большое спасибо вам обоим, — вежливо проговорил Тоширо и низко склонился, продолжая удерживать меня на руках.
Смущённо краснея, я умилённо приложила ладони к щекам, жалобно поджав губы.
— Какой довольный, — оскалился папа. — Хочешь подраться?
— Дорогой! — оторопела мама и кинувшись к нему, забралась ладонью за шиворот.
Заметно краснея, папа осёкся и замер.
Выудив у него из-за пазухи конверты, мама восторженно просияла, протягивая их нам.
— Не стоило, — напрягся Тоширо, уставившись на разбухшие до предела бумажные конверты, явно наполненные деньгами.
— Что ты, пожалуйста, примите их! — склонив голову, попросила она. Выпрямилась и положила первый конверт в мои раскрытые ладони. — Этот на твой день рождения. Этот на свадьбу. Этот на новоселье. Этот как предновогодний подарок.
— Э-э… — оторопели мы с Тоширо в голос, уставившись на конверты.
Подняв взгляд, Тоширо заметно напрягся, оглядывая сияющее от счастья мамино лицо. Раздосадовано вздохнул и снова низко поклонился.
— Большое спасибо за вашу заботу, Юкико-сан, папа, — благодарно проговорил.
— То-то же! — довольно оскалившись, заликовал папа и растрепал белоснежные пряди на затылке Тоширо.
— Какой ты милый, Тоширо-кун, — ласково погладив того по голове, проворковала мама.
— Эй! Остывает же! — выглянув из кухни, крикнул Юу.
— Брат! — опомнились Йоши и Юма.
— Привет-привет! — нетерпеливо замахал он.
— Идёмте в дом, — выпрямляясь, настоял Тоширо.
Подхватив весёлый настрой Юу, все спешно направились к ступенькам, ведущим на веранду.
Отставая от остальных, Тоширо замер, разглядывая моё лицо в полумраке.
— Твоя мордашка слишком красная, расслабься, моя ты прелесть, — усмехнулся он.
— Угу, — нервно кивая, промычала и сложив конверты в кучу, забросила ему за пазуху.
— Ничего себе, ты так вырос! — заметил Юу.
— Да ладно я, ты на себя посмотри, — оторопел Юма, не веря, разглядывая того.
— Два месяца в деревне шиноби пошли тебе на пользу, брат! — рассмеявшись, заметил Йоши, довольно похлопав близнеца по плечу.
— Это же не значит, что меня теперь можно бить! Вы, что, сговорились? — недовольно запричитал тот, сбрасывая тяжёлую ладонь со своего плеча.
— Наши детишки так быстро растут, мамуля, — засюсюкал Има, обнимая себя и вертясь из бока в бок на месте. — Мамуля?
Опомнившись, он повернулся, обнаружив её около Итачи.
— Ты молодец, хорошо постарался, Итачи-кун, спасибо тебе за всё, — ласково погладив того по голове, проворковала мама.
— Не стоит, Юкико-сан, — спокойно заметил он, едва заметно смутившись.
— Ох, я уже и забыла, насколько ты миленький, — засияла она.
— Папуля ревнует! А! Ты что, тоже активно тренировался? — поразился Има. Вцепился руками в воротник кимоно Учихи и распахнул, оголяя накаченную грудь и виднеющиеся рельефные кубики пресса.
— Ох… Ничего себе, какой ты всё-таки красавец! — восторженно залепетала мама, оглядев его.
Сохраняя спокойствие, Итачи скосил взгляд на меня, заметно подпрыгнувшую на месте, нервно краснеющую на глазах и торопливо уткнувшуюся лицом в ладони.
— С папулей не сравнится! — занервничал тот и поспешно запахнул кимоно.
— Конечно, дорогой, с тобой никто не сравнится, — хихикнула мама.
— Ха-а? Ты что тут забыла? — послышалось на улице.
Все присутствующие повернули головы к двери. Переглянувшись, торопливо заметались по комнате, стараясь не шуметь.
— Так у моего капитанчика день рождения! Как я могла такое событие пропустить? — наиграно поразилась Рангику.
— Скажи, что пришла напиться на халяву, — скептично заметил Тоширо.
— Раскусили, — дурашливо высунув язык, хихикнула Мацумото.
— Ну ты!.. Чёрт с тобой, проходи, но завтра вовремя на работу, иначе, я оторву твою рыжую голову, — угрожающе прорычал он.
— Слушаюсь, капитанчик! — просияла Рангику.