Обречённо выдохнув, Тоширо вошёл в кухню.
Стоя с разных сторон, Йоши и Юу выстрелили над его головой хлопушками с крупными и мелкими конфетти.
— С днём рождения! — хором провозгласили присутствующие.
— Бог ты мой, мне же не двенадцать, — нервно дёрнув бровью, усмехнулся Тоширо.
— Ну и что? Это же так весело, любовь моя! Поздравляю-поздравляю! — залепетала, прыгая на него, раскинув руки для объятий.
— Ага, спасибо, — не сдержал он смешка, подхватывая меня и нетерпеливо целуя в губы.
— Всем приветик! Спасибо, что пригласила, А-чан! — влетая, захихикала Рангику, огибая меня и Тоширо.
— Садимся кушать! — оторвавшись от поцелуя, предложила я.
— Да! — хором заликовали присутствующие.
Суетливо расположившись за большим столом, оглядывая и наперегонки накладывая разные вкусности, все весело запереговаривались, на миг отрываясь от еды.
— Вот это я готовил! — заверил Юу, указывая на пару блюд.
— Ты?! — в голос поразились почти все.
— Меня Итачи-сан готовить учил, — захохотал близнец. — Пробуйте-пробуйте.
— Что-то мне страшно, тебя ведь даже в отряде к дежурствам на кухне не подпускают, — нервничая, припомнил Йоши.
— Как жестоко, братик! Это вкусно, честно-честно, я очень старался!
Хихикнув, я без тени сомнения распробовала по очереди каждое из блюд и восторженно просияла.
— Какая вкуснятина, братик! Что и следовало ожидать, ты так крут! — залепетала, довольно сверкая.
— Ох, моё сердечко… — жалобно простонал Юу, заваливаясь лицом в плечо Юмы.
— У меня тост! — подскакивая, вмешалась Рангику.
— У тебя их всегда полно, — скептично сощурился Тоширо, напряжённо хмурясь.
Плотно поужинав, постепенно напиваясь, мы начали играть в карты, слушать истории Юу и просто весело хихикать.
О чём-то активно споря и жестикулируя, папа с другой стороны стола подскочил и стянул с накачанной груди кимоно. Йоши тут же повторил за ним. Нервно мотая головой, Юу попытался отползти, но был схвачен и вероломно раздет по пояс.
Переглянувшись, мы с мамой восторженно засверкали взглядами и довольно захихикали.
Заметно оживившись, толпа парней с другой стороны стола начала шуметь.
— Мамулечка, хочешь попробовать это? — предложила, протягивая ей кусочек на палочках.
— Ох, я уже объелась, ну если только один, иначе в меня не влезет торт, — хихикнула она, открывая рот.
Резко заметавшись по комнате, папа, Йоши и Юу, громко врезались в стол и замерли, ошарашенно уставившись на другую половину.
В комнате резко похолодало.
Испуганно округлив глаза, мама протянула руки вперёд, пытаясь прикрыть мой живот.
В одно мгновение подхватив меня, Итачи переместился на два метра от стола, вырвав меня из-под одеяла.
— Ня? Что такое? — спросила, заметно краснея.
— Ничего, — выдохнув с облегчением, произнёс Итачи. Заметно расслабился и уткнулся лбом в моё плечо.
— Ты чего? — пискнула, заелозив.
— Торт, пора есть торт, — опомнился он. Аккуратно опустил меня на пол и напряжённо оглядел.
— Дя-я! Я сделала два тортика! Один сладенький, а второй нет! Тоширо, мамулечка и братик Юма не кушают сладкое, так что надо порезать два тортика! — заметила, вскинув обе руки вверх и обернулась.
Непонимающе моргнув, удивлённо уставилась на кусочек мутного зелёного льда в маминых руках. Перевела взгляд на опрокинутую пустую кружку чая у края стола и нервно сглотнула.
— Я отгрызу ваши головы, идиоты! — источая ледяную реатсу на половину помещения, яростно прорычал Тоширо, стоя над сидящими на полу папой, Йоши и Юу.
— Простите! — хором проныли они и покорно склонили головы, уткнувшись лбами в татами.
— Хотите, чтобы я поседела раньше времени? — прошипела сквозь зубы мама.
Под содрогания троих парней, плавно поднялась на ноги и приблизилась, угрожающе нависнув.
— Простите! — слёзно повторила троица, боясь отрывать головы от пола.
— Никакой пощады. Напились — ведите себя прилично, — испепеляя взглядом и излучая электрическое напряжение, заметила мама.
От статических разрядов пряди на голове у папы, Йоши, Юу, меня и Юмы встали колом, напоминая кошачьи уши.
— Спокойно, мамуля, — нервно заикнувшись, приподнялся папа.
— Молчать, я с вами такое сделаю… — сжимая кулак, заверила она и поставив ногу на голову папе, болезненно завращала пяткой.
— Простите, нам очень жаль! — взмолили трое, вжимаясь от страха в пол.
— Что-что? Что вы там разлеглись, пошлите тортик кушать, — весело заметила я, приблизившись. Уселась на четвереньках и склонилась, уткнулась грудью в пол, пытаясь разглядеть их лица.