— Обожаю слышать это от тебя, — не сдержал он весёлого смешка.
— Капитанчик, идите сюда, вы будете только мешать! — заметила Рангику, уводя от меня Тоширо. Решительно усадила на место и присела, старательно перегородив собой обзор.
— Мацумото, чтоб тебя, — прорычал тот, гневно сжимая руку в кулак.
Вылечив папу, мама взяла его за ногу и поволокла по полу, возвращаясь на место.
Юма в предвкушении заелозил на месте, уставившись на огромный мешок с подарками.
— О! Начинаем-начинаем! — заликовала Йоруичи, оскалившись.
— Ой, подождите меня! — наконец, опомнился Юу, подскакивая на ноги.
Дождавшись, пока все рассядутся по местам, я поднялась на ноги, удобнее располагаясь у мешка и нетерпеливо пританцовывая, запустила руку внутрь. Нащупав что-то гладкое, мягкое и пушистое, восторженно просияла и выудила из мешка метровую мягкую игрушку в виде акулы.
— Это тебе от меня, сестрёнка, — заверил Юма, смущённо краснея на глазах.
— К-какая прелесть! — запищала, переходя на ультразвук.
Бессильно повалилась на колени и стиснув акулу, нетерпеливо заелозила по её мягкой голове щекой.
— Тут и зубки! Божечки-кошечки, такая милота-а! — сияя от счастья, свалилась на спину и, обнимая игрушку руками и ногами, заелозила по полу из бока в бок. — Так мягенько и нежненько, ня-я! И моим рыбкам тоже понравится!
— Прекрасный подарок, Юма-кун, — хихикнула мама и погладила его по голове.
— Слава Богу, сестрёнке понравилось, — смущённо краснея, кивнул тот.
— Нечестно, я первый это придумал, — запричитал Йоши.
Безразлично хмыкнув, Юма отвернулся от него в другую сторону.
— Родная, продолжай, — хихикнула мама, отвлекая меня от тисканья игрушки.
— Ой, простите-простите, я же Санта! — опомнилась, торопливо усаживаясь. Умилённо уставилась на акулью физиономию и через силу оторвала от себя.
— Я подержу, — предложил папа, осторожно протягивая руки к игрушке.
Дважды кивнув, я решительно встала и снова запустила руку в мешок. Ощутив гладкую шерстяную поверхность, схватила и вытащила из мешка продолговатую полуметровую подушку-валик в виде чёрной кошки с коротким хвостом.
— Киса! Ня-ха!
— От меня, сестра, — махнул Йоши.
— Уо-о-о! Могу я её подержать?! — в голос прокричали Юуширо и Сой Фонг, разом подскочив на ноги.
— Ня? — удивлённо моргнула и умилённо глядя на подушку, перекинула её через стол, им в руки.
Сияя и ликуя от восторга, Сой Фонг и Юуширо вцепились в кошку с разных сторон и принялись тереться о гладкую шерсть щеками.
— Вы что, решили завалить нашу кровать мягкими игрушками? — обречённо вздохнул Тоширо и замотал головой.
— Все три брата подумали о мягком и пушистом, аха-ха-ха! — захохотала Йоруичи и заколотила ладонью по бедру Урахары, сидящего рядом.
— Как мило, — хихикнула Рангику. — Дальше, А-чан!
Кивнув, я опустила руку в мешок и потянула. Удивлённо моргнув, поднатужилась, не сумев что-то достать. Сконцентрировала чакру и вытащила ещё один мешок, по весу килограмм на тринадцать.
— Это от нас с папулей, родная, — просияла мама.
— Ня-я… — непонимающе склонила голову на бок.
— Там ещё один похожий от сестрицы Йоруичи, — оскалилась она.
— Разве не тётушки? — улыбнулся Урахара, но мигом получил кулаком в нос и заткнулся.
Снова забравшись рукой в мешок, я вынула такой же по весу большой мешок. Уселась и развязала сначала один, потом второй.
— Конфетки и сладости! Ня-я! — засияла взглядом.
— Может ли быть, что это отосидама*(новогодний конверт с деньгами и сладости)? — сообразила Мацумото и умилённо засияла.
— Да, верно, — кивнула мама.
— Пресвятые котятки, так много… — оторопела я. Нерешительно вытащила стопку цветных конвертов, лежащих поверх конфет. Мигом пролистала, пересчитывая и нервно сглотнула, нахмурившись. — Э-это как-то много… Т-тринадцать?
— Конечно, котенька! — засиял папа.
— За каждый Новый год с твоего шестилетия, — пояснила мама.
— Мы же верили, что ты к нам вернёшься и откладывали тебе подарки, — заверил папа, как-то печально улыбнувшись.
— Ах, понятно! Да-да, я приму их! Большое спасибо! — смущённо краснея, затараторила, привычным жестом приглаживая чёлку и торопливо вернула конверты в мешок со сладостями.
Нахмурившись, Тоширо задумчиво оглядел меня.
— Почему ты так относишься к деньгам? — серьёзно спросил напрямую.