«Ня? И правда… Тоширо на кухне решительный, уверенный и резвый, как и в постели. А Итачи ласковый, аккуратный и усердный? Тщательный? Нет, старательный? Да какое же слово подойдёт?» — отрешённо задумалась, погрузившись в себя.
— Спорим, это из-за тебя? — веселясь, шёпотом предположил Тоширо, повернувшись к Итачи и выглядывая за моей головой.
— Сдаюсь, наверняка, — согласно кивнул тот. — Ты так спокоен.
— Жена у меня умница, но к флирту непробиваема как скала, — не сдержал смешка Тоширо и аккуратно заправил выбившуюся из причёски прядь бирюзовых волос за моё ухо.
— Верно, — обречённо выдохнул Учиха, скосив взгляд на мою напряжённо-думающую физиономию.
Закончив, старый повар протянул поднос в форме корабля и поставил передо мной.
Опомнившись, я осмотрела сложную композицию и нетерпеливо сглотнула. Выудив из чешуйчатого хвоста нежное филе, оглядела со всех сторон и неторопливо приоткрывая рот, вожделенно стянула кусочек с палочек губами.
— Божечки-кошечки! Какая вкуснятина! — оторопела, сияя от восторга.
— Попробуйте с лимоном, васаби и соевым соусом, госпожа, — предложил Шинджо, довольно кивая.
— Только не переборщи с васаби, — нахмурился Тоширо, глядя как много я зацепила.
— Хорошо-хорошо, — сдалась, оставляя половину на блюдечке. — М-м-м! Какое нежненькое, прямо тает на языке!
— Рад, что вам понравилось, госпожа, — заулыбался старый повар и начал обжаривать ещё один хвостик омара на плите.
Между тем, уже нажарив гору овощей, Хиро принялся торопливо жарить говядину. Перехватил перечницу и солонку и начал жонглировать, периодически подсыпая на плиту специи.
— Ва-а-а! Здорово-здорово! — весело похлопала я, восхищённо сияя.
Скосив взгляд на молодого помощника, Шинджо грозно нахмурился и замотал головой.
Тоширо не сдержал смешка.
Разложив гору чеснока, Хиро выложил на него блюдо риса и постоянно перемешивая, ловко обжарил со всех сторон. Разложил поровну в две огромные тарелки рис, овощи и мясо и протянул их Итачи и Тоширо.
— Вообще-то это всё мне, — явно веселясь, заверил Тоширо, принимая тарелку, протягиваемую Учихой.
— Что? Но что тогда заказал господин? — поразился Хиро, глядя на Итачи.
— Он съест мой рис, — вмешалась я, отодвигая корабль к нему.
Повара непонимающе переглянулись. Осеклись и продолжили готовить.
— О-о, теперь жаренный, — довольно протянула я.
Аккуратно вынимая филе из горы жаренных овощей, осторожно подула и неторопливо съела кусочек. Прикрыла в наслаждении веки и восторженно промычала. Не отвлекаясь, выудила все кусочки и отодвинула блюдо Итачи.
Повара снова переглянулись, вызывая у Тоширо весёлый смешок.
— Ты обещал кусочек, любовь моя, — сообразила я. Придвинулась к нему ближе и забегала взглядом по его блюду, выбирая самый аппетитный ломтик жаренной говядины.
— Всё что пожелаешь, — усмехнулся он.
— Ой и правда, как остро. Но эта говядина превосходна! Такая сочная и нежная! — восторженно заликовала. Взяла кувшинчик и наполнила его пиалу саке. — Вот ещё саке, любовь моя.
— Ага, — кивнул он.
Развернувшись, я наполнила и пиалу Итачи и ровно села, ожидая последнего блюда из омара.
С удовольствием слопав всё мясо из блюда, залитого зелёным свежесваренным соусом из водорослей и сливок, снова отодвинула блюдо с рисом Итачи.
В помещении заметно оживились.
Повернувшись к столу в центре зала, мы оглядели огромного тунца, только что вынутого изо льда.
— Дамы и господа, ещё утром плавал, а сейчас будет мастерски разделан на ваших глазах! Подходите, не стесняйтесь! После разделки сашими лучше всего! Целых пятьдесят семь с половиной кило отменного тунца! — радостно провозгласил мужчина, зазывая посетителей ближе к столу.
— Пресвятые котятки! Хочу… я хочу его… — жалобно хмурясь и поджимая дрожащие губы, промямлила я.
— Не могу отказать, если ты просишь, вперёд, моя ты прелесть, — просиял Тоширо.
Дважды кивнув, я торопливо поднялась. Развернулась к поварам и благодарно склонилась. Убежала и заняла центральное место за столом.
— Скажите, что у вас есть на десерт? — поинтересовался Учиха, отвлекая внимание поваров на себя.
— Чизкейк: шоколадный, карамельный или клубничный. Будет готов через полчаса, — заверил Шинджо.
— Великолепно, сделайте все три, — усмехнулся Тоширо.
Итачи повернулся к нему и непонимающе склонил голову.