— Разве? Думала, там короче, — недовольно произнесла я, не догадываясь хотя бы о примерном нашем месторасположении.
— Постоянно одни проблемы, даттебаё… — проворчал Наруто и поднял мужчину с земли.
— Наруто-кун, давай помогу, — предложил Тадао и, подняв пакет с покупками, подошёл ближе.
— Да всё в порядке, Араси же сказала тебе отдохнуть перед миссией. Я справлюсь, — уверил Узумаки и, перехватив свой пакет, куда-то направился.
* * *
Медленно двигаясь по тёмной улице, я продолжила курить трубку и распространять вокруг приторные пары дыма. Редкие прохожие с интересом оборачивались и следили за нами взглядами. Кажется, после утренних догонялок люди стали с интересом относиться к Учихе, будто и не страшась его вовсе.
— Что это? — спросил Учиха, указывая на мундштук.
— Да так, один травяной сбор, после которого я забуду сегодняшний день, — тихо поведала я, продолжая осматриваться по сторонам.
Плавно двигаясь рядом с Итачи и нехотя припоминая в мыслях сегодняшний день, по-особенному богатый событиями: сначала осознание того, что в моём поместье поселится много людей, с которыми можно будет весело проводить время. Может это заставит тоску и чувство одиночества отступить. Потом припомнились догонялки и ощущение радости, что они принесли. Вспомнив как Учиха прижал меня к стене и настойчиво поцеловал, я задрожала против своей воли, что не укрылось от него, ведь моя рука до сих пор находилась в его большой горячей ладони. Вероятно, не желая беспокоить меня расспросами, Итачи лишь искоса следил за мной, стараясь не спускать глаз, при этом уверено, но неторопливо вёл куда-то вперёд. Мысленно перебирая последовавшие после поцелуя с Итачи события, я моментально переместилась воспоминаниями к лекции Цунаде, стыдливо покраснела и занервничала.
— Итачи…
Остановившись на месте, он с интересом посмотрел на меня.
— Ты назвала меня по имени?
— Ня? Тебе показалось, глупый кошак, — оправившись, затараторила я, краснея сильнее обычного, сразу захотелось сказать первое, что пришло в голову, чтобы увести мысли от настоящего вопроса про лекцию Цунаде. — Я просто хотела спросить… Это плохо, что у меня такая большая грудь?
— Ясно, алкоголь развязывает тебе язык, — мягко улыбнулся Итачи и пошёл дальше. — В этом нет ничего плохого.
— Цунаде говорит, что грудь — это подарок небес, но ведь она мешает! Двигаться становится всё тяжелее, плечи и спина болят, мои кимоно уже не сходятся, а это чувство, когда она всплывает в воде и разъезжается? — жалобно запричитала я, впервые по-настоящему жалуясь хоть кому-то на свою тяжёлую ношу, но внезапно почувствовала дрожь, исходящую от руки Итачи. Я скептично уставилась не него. — Ты смеёшься надо мной?
Учиха перестал сдерживаться и рассмеялся в голос.
— Ты так же наивна и мила, как раньше. Мне нравится это в тебе, — отсмеявшись, прямо заявил он, уже прямо глядя мне в глаза.
— Ня? Не понимаю, о чём ты, — обиженно фыркнула я и, переведя взгляд на знакомые ворота, счастливо улыбнулась. — Ах, ничего себе, это мой дом!
Крепко вцепившись в ладонь Итачи, я быстро вошла в незапертые ворота, утягивая его за собой, торопливо пошла по каменной тропинке и, на ходу неряшливо разуваясь, забежала в поместье.
— Не хочешь со мной выпить? — предложила я и уставилась в сторону кухни. — А потом, я провожу тебя в больницу.
— Тебе хватит, — решительно велел Итачи и настойчиво повёл меня вверх по лестнице.
— Не смей меня недооценивать, — самоуверенно оскалилась я и захохотала. — Цунаде и Джира-нян помогали мне тренироваться, теперь алкоголь не способен воздействовать на меня так легко, как раньше!
— Тебе ведь шестнадцать и скоро твой День Рождения.
— Откуда знаешь? — поразилась я, заходя следом за ним в свою комнату. Усевшись на кровать, я достала из прикроватной тумбочки пепельницу и аккуратно положила в неё мундштук, от которого плавно заскользила тонкая дорожка дыма. — Не говори мне, что видел тот список с размерами… — обречённо вздохнула я и снова зевнула.
— Ложись спать, — вновь скомандовал Итачи, не теряя своей хладнокровности.
Расстелив одеяло, он настойчиво уложил меня на спину, выпрямился и хотел было уйти, как я вовремя его остановила:
— Нет-нет-нет, погладь меня, — проныла я, схватив его за руку, и уложила на постель, сев ему на живот, раздвигая ноги. — Меня нужно погладить.
Чёрный взгляд удивлённо прошёлся по мне и задержался на покрасневшем лице. Улыбнувшись, Учиха поднял руку и ласково коснулся пылающей щеки. Нежно погладил, словно окутывая лаской, затем неторопливо, давая привыкнуть к его касаниям и насладиться ими, он скользнул пальцами по шее, ключице и плечу. Придвинул меня и заставил прижаться к его груди. Обе ладони Итачи легли мне на поясницу и мягко скользнули вверх.