— Точно-точно, — сообразила я и начала молниеносно складывать печати.
— Не смей что-либо делать против моей воли! — задёргался Саске, очевидно, чувствуя сильное жжение в голове. Он болезненно зажмурился и задёргался, пытаясь высвободиться.
— Тише-тише, уже готово, — заверила я, потом оцарапала большой палец о клык и написала у него на лбу иероглиф, обозначающий полное заточение силы Мангекью.
Сморщившись от боли, Саске успокоился и тяжело задышал, на его коже выступила испарина, говоря о не самых приятных ощущениях, что не могло меня не порадовать. Довольствуясь его слабостью, я засияла, даже не пытаясь скрыть своего злорадства.
— Эту печать разработали специально против Мангекью, — пояснил Какаши, пытаясь отвлечь внимание Саске, приходящего в себя. — Эта техника опасна. Не только для окружающих, но и для тебя. К тому же Арасияма любит эксперименты или, скорее, любопытство сгубило кошку.
— Как ты меня зае…— начал Саске, но я заткнула ему рот ладонью.
— Ты мой, глупый мыш. Слушайся или я тебя накажу, — злорадно оскалившись, предупредила я.
— Достаточно, хозяйка, — настоял Итачи приподнимая меня, обхватив под грудью, тем самым немного прикрывая накидкой.
— Чего тебе, кошак? — поразилась я, потом подняла голову и уставилась на Итачи. — Теперь твоя очередь.
Оттолкнувшись обеими ногами от земли, я взлетела вверх, появляясь над Итачи, тут же в одно мгновение крепко обхватила его шею бёдрами и, по инерции кувыркнулась в воздухе вокруг своей оси, тем самым жёстко уложив его на лопатки. Быстро сложив печати, я заблокировала активацию Мангекью Шарингана. Силы мои окончательно иссякли, и я устало выдохнула. Придя в себя, Итачи медленно прошёлся взглядом от низа моего живота до лица. Встретившись с чёрным взглядом, я ощутила мурашки на пояснице, нервно сглотнула и подскочила на ноги.
— Арасияма, оденься, — снова недовольно напомнил Какаши, глядя как единственная прикрывающая меня вещь, так и норовит упасть на землю.
— Зачем? Я иду на источник…
— Хозяйка, тебе стоит послушать Какаши-сана, — в его глазах сверкнул опасный огонёк и обращение ко мне кольнуло каким-то электричеством по коже.
— Тебе какое дело? Отстань от меня, кошак.
Начиная нервничать, я отдёрнулась и попятилась назад, отчего накидка всё же слетела, оставив меня в одних трусиках. Как-то тяжело выдохнув, Учиха медленно направился в мою сторону.
— Нет, не подходи! — приказала я, сразу вспоминая его издевательства в гендзюцу, что заставляли меня краснеть. Мигом развернувшись, я кинулась бежать.
Итачи устремился следом, схватив зелёную накидку. Присутствующие в который раз недоумённо округлили глаза, но почему-то смирившись или не желая вмешиваться, обречённо вздохнули.
— Ли-сан, идём в больницу, стоит наложить на голень гипс, — предложила Сакура и уже хотела помочь ему подняться, как он стремительно встал на руки и, усиленно потея и кряхтя, пошёл в сторону больницы на руках. Глядя на Ли, Сакура нервно повела бровью, но её тут же отвлёк Саске, поднявшийся с земли и недовольно сверлящий в своём брате дыру взглядом. Пытаясь отвлечь его от этого, Сакура предложила: — Может, тебе тоже пора вернуться в палату, Саске-кун?
— Какаши, эта мелочь правда АНБУ? — игнорируя её, спросил Саске.
— Была, — задумчиво произнёс учитель и внезапно поинтересовался: — Что ты видишь, глядя на Арасияму?
— Коротышка и полнейшая бестолочь, — грубо ответил Саске. Его презрительный взгляд следил за догонялками: как бегая из стороны в сторону на небольшом расстоянии от остальных, Итачи пытался поймать и схватить меня, с писком едва уклоняющуюся в последний момент.
— Ясно, на самом деле это не так. Арасияма слишком жалостлива, поэтому ей не стоит быть в АНБУ. В добавок ко всему это личный приказ Хокаге-сама.
— Да как эта бестолочь вообще стала АНБУ? — хмыкнул Саске, с раздражением наблюдая за братом.
— Она сильна, ты сам в этом убедился. Арасияма, каковы твои цели?
— Ня-ня-ня! Пусти, кошак, я же оделась, пусти-пусти! — вырываясь и брыкаясь, протараторила я, пытаясь выпутаться из крепких рук Итачи, которому всё же удалось меня настигнуть. Как бы не убегала, обессиленная я ему не соперница. Угомонившись, я осеклась, наконец, обращая внимание на Какаши: — Снова этот вопрос, дядя Какаши? Мой ответ не изменился. Я буду защищать свой дом, деревню и её жителей, любой ценой, ведь я шиноби Конохи.
— Хороший ответ, — довольно кивнул Какаши и скосил взгляд на Саске. — Теперь всем в больницу.