— Семпай… яд… Оружие отравлено, — просипел мужской голос где-то рядом.
Резко обернувшись, я заметила ещё одного раненного АНБУ Конохи. Он лежал на боку в тени кустарника и не двигался. Торопливо сложив печати, я сделала теневого клона, оставив его с Кумару, а сама кинулась на помощь. Выдернув сенбон из бедра мужчины, я, не мешкая, слизала с иглы кровь вместе с ядом, проанализировала состав, опираясь на вкусовые рецепторы и опыт.
Понимая, что при отравлении время имеет значение, я призвала свиток и быстро нашла противоядие. Вколола содержимое одной из двух появившихся пробирок в шею лежащему мужчине и спешно отправилась на помощь Кумару. К моему появлению клон смог уложить его на спину и теперь останавливала кровь, продолжавшую сочиться из заживающего ранения. Не теряя времени, я вколола содержимое шприца в шею Кумару.
— Его тело не справляется с ядом, он может задохнуться, — поведала моя копия, продолжая зажимать рану светящейся исцеляющей чакрой ладонью.
Мы обе замерли, не почувствовав удара сердца лежащего без сознания парня.
— Остановка сердца! Рёбра не повреждены, можно сделать непрямой массаж.
Кивнув, я сняла медвежью маску АНБУ с лица Кумару. Он сильно вспотел и смертельно побледнел. Из его рта и носа медленно текла кровь, заполнившая лёгкие. Мой клон привстала и, не отрывая светящиеся ладони от окровавленной груди, начала непрямой массаж сердца, ритмично надавливая на грудину. Дождавшись тридцатого толчка, я зажала ему нос, склонилась и сделала полный выдох в его рот. После пяти беспрерывных ритмичных повторов, сердце Кумару отозвалось слабым толчком.
— Есть! — обрадовалась я и моя копия.
— Тадао… Я чувствую его чакру, — обеспокоенно глядя в одну точку, заметила клон.
Обернувшись вместе с ней, я увидела вдали гигантский каменный валун, неестественно возвышающийся над деревьями. От осознания по телу пробежала ледяная дрожь.
— Он под валуном.
— Иди, я справлюсь, — заверила мой клон, оставаясь с ранеными АНБУ.
Решительно кивнув, я бросилась прочь, доверив раненных своей копии. Оказавшись перед камнем, я испуганно оглядела его в высоту и пошла по кругу, убеждаясь, что Тадао находится под ним. Более трёх метров в диаметре и пяти — в высоту, валун под собственным весом углубился на метр в землю. Меня прошиб холодный пот. Пальцы больно впились в ладонь, рефлекторно сжавшись в кулак. Приходя в себя, я быстро сделала ещё одного клона.
— В ту сторону, — указывая на более открытую местность, предложила я.
Мой клон кивнул и помчался в противоположную от меня сторону. Одновременно остановившись напротив друг друга, по разные стороны камня, твёрдо упёршись ступнями в землю, мы синхронно вцепились руками в острую поверхность валуна у его основания. Вдвоём мы начали концентрировать огромное количество чакры, чтобы без колебаний сдвинуть. Сильно напрягшись, мы медленно начали поднимать тяжёлый камень. Аккуратно вытащив и приподняв его над ямой, мы плавно двинулись в сторону и опустили валун неподалёку. От огромного напряжения мои мышцы и кости ощутимо заныли, по всему телу заструился пот. Стараясь не обращать на усталость после тренировки внимания, я, пошатываясь, подошла к воронке. От увиденного кровавого месива меня передёрнуло и затошнило.
— Тадао, — едва слышно, жалостливо произнесла моя копия, понимая, что повреждения смертельны.
Замотав головой, я сжала кулаки, потом быстро провела окровавленным пальцем по груди. Клон спустилась в яму и принялась осматривать повреждения.
— Каждая кость сломана, — прошептала она, обеспокоено хмурясь.
Её светящиеся ладони спешно переходили от одного места к другому, анализируя последствия и пытаясь остановить хлещущую из ран кровь.
— Лёгкие, сердце, печень… Так много… — сжимая зубы, словно от боли, проговорил клон.
— Нужно спешить, — скомандовала я, пытаясь сохранять хладнокровие.
Переместившись в яму, я села с другого бока у окровавленного тела. Меня вновь передёрнуло от ощущения тёплой липкой влаги на ногах. Кровь, струившаяся от изувеченного тела, быстро залила дно воронки. Скрипнув зубами, я развернула появившийся из дыма свиток, уложила на землю, провела окровавленным пальцем по нескольким строчкам и сложила печати призыва. На бумаге появились десять шприцев с мутной полупрозрачной жидкостью. Торопливо откупорив колпачки, я равномерно воткнула шприцы по всему искалеченному телу. Когда содержимое вылилось, я сложила печать — шприцы и свиток тут же исчезли. Кровь стала медленнее хлестать из ран.