Абье покинул комнату и появился спустя две минуты с книгой в руках. Он, как и обещал, принялся за иллюстрацию.
— Вы можете рассказать, где Абье обнаружил книгу? — решил продолжить разговор своим вопросом Танмай.
— Она лежала в портфеле рядом с мужским скелетом. Предполагаю, что это был бывший владелец. Как раз в этой комнате, но разве что тогда она была завалена грудой камней. Абье пришлось потрудиться, чтобы очистить вход от огромных глыб.
— Получается, что если бы вход не засыпало, то рукопись, по всей видимости, уже была бы в другом месте? И мы бы здесь и сейчас с вами не встретились?
— Однозначно! Конечно, существует вероятность, что книгу нашли бы намного позже. Но неизвестно, сколько времени эта пещера ещё оставалась бы не изучена человеком!
— Почему вы так думаете?
— Вы чувствуете холод здешнего места?
— Чувствую.
— И я об этом, причина именно в холоде! И поэтому, чтобы согреться, мы плавно переходим к чаю. Я, к сожалению, не могу предложить вам чай по-английски, у меня нет молока, но, если вы не против чёрного листового без сахара, то с удовольствием заварю на четверых.
— Вы слышали о нашей чайной культуре?
— Говорят, что англичане посадили вывезенные из Китая чайные кусты на ваших землях. Вы по традиции пьёте чай во время медитаций в монастыре. Увы, я знаю только очевидные вещи.
У Готлиба получилось проявить гостеприимство по отношению к странникам. Танмай одобрил чаепитие.
— Мы не против чая! Саджип, помоги этому милому человеку с костром.
В комнате разгорался небольшой костёр. Было прохладно и тихо, лишь в отдалении было слышно, как где-то капает вода с потолка. Готлиб насыпал чёрный листовой чай в стальные эмалированные кружки и залил кипятком. В военные годы такие кружки стали неотъемлемой частью фронтового быта. С 1790 года непосредственно во Франции серьёзно занялись вопросом эмалирования посуды. Что касается напитка, то через год правительство Великобритании примет решение о массовой закупке чёрного чая. Содержащийся в чае кофеин позволял солдатам стоять на ногах дольше и действовал наподобие энергетика. Он стоил дешевле кофе и был легче, учитывая, какие объёмы чая приходилось транспортировать.
— Поразительно, но за сегодняшний день Вы второй человек, с кем я завожу беседу о вашей деревне. Мне не многое удалось перевести в книге, но название Вашего поселения я запомнил. Также хочу добавить, что крайне быстро слухи о находке Абье дошли и до Вас.
— Слухи всегда быстро расходятся, чего не скажешь о нашем пути — он был долгим. С кем Вы ещё говорили?
— Эта прекрасная юная мисс, которая невообразимым образом исчезла за холмом, по-моему, сейчас направляется к вам!
Неожиданно обычно спокойный и невозмутимый Танмай ощутил несвойственную для себя тревогу.
— Но вы сказали, что эта девушка не видела книгу. Что же её так могло заинтересовать в наших краях?
— Вы о Алии? Нет, не успела! Её заинтересовал «Ковчег Жизни».
— И чем же?
— Ах да, простите! Вы не знаете самого главного!
Готлиб бросил взгляд на рисунки в углу.
— Посмотрите на недавние художества Абье.
Следующие десять минут Готлиба Риха ушли на подробный пересказ встречи с Алией. За это время Абье уже успел изобразить девушку в книге и был готов поделиться своим творчеством с присутствующими рядом.
— Это самое необъяснимое и загадочное событие в мировой истории, — громко озвучил свои мысли вслух Готлиб, наслаждаясь рисунком. — Я завтра же отправлюсь во Флоренцию к профессору Вико Беллини и покажу книгу. Об этом удивительном явлении должен будет узнать весь мир! Я буду рад и весьма признателен вам, если вы сможете поделиться со мной информацией о «Arca Vitae». Нам выпал шанс спасти человечество!
Готлиб восторженно расхаживал мимо гостей. Он, несомненно, наслаждался моментом славы, которого так долго ждал! Танмай, в свою очередь, готовился к серьёзному разговору с учёным.
— На вашем месте я бы не стал этого делать. Последствия могут быть необратимыми. Книга, как и «Ковчег Жизни», не должны попасть в чужие руки! — решительным тоном, как будто предупреждая об опасности, обратился Танмай к Готлибу Риху.
— Почему вы решили, что я просил вашего совета? — не согласившись, поинтересовался учёный. — Я не собираюсь никому отдавать книгу. Она навсегда останется у своих новых владельцев.