Мы держали друг друга, казалось, несколько часов. Его дыхание постепенно выравнивалось. Наконец его тело расслабилось, и он отпустил меня, сел и взглянул мне в глаза. Его собственные глаза все еще были полны муки, похожей на скорбь.
– Я тут, – прошептала я, отводя ему волосы со лба. – Арчер, я тут.
Он поднял руки.
– Я уже почти забыл, как это, – сказал он, внезапно становясь похожим на маленького мальчика.
Мое сердце упало, разрываясь от любви к нему, окаменевшему от горя настолько, что его мозг начал забывать то, что было, чтобы избавиться от смертельного страха. О, Арчер. Я подавила всхлип. Последнее, что ему сейчас было нужно, это мои слезы.
– Как это – что? – прошептала я.
– Быть совсем одному.
– Ты не один, милый. Я тут. Я никуда не уйду. Я тут.
Взглянув на меня, он наконец печально улыбнулся.
– Это тот груз, о котором я говорил, Бри. Вот каково это – любить меня.
– Любовь – это не груз. Любить тебя – честь и радость, Арчер. – Я ответила ему вслух, чтобы не отрывать рук от его тела. Этот контакт казался мне важным – не только для него, но и для себя. – Ты не сможешь отговорить меня любить тебя, даже если захочешь. Для меня тут нет выбора. Это просто так.
Он покачал головой, снова выглядя потерянным.
– Если бы ты не вернулась, я бы лежал тут, пока не умер. Я просто заставил бы себя умереть.
Я затрясла головой.
– Нет, не умер бы. Это так кажется, но ты бы не умер. Ты как-нибудь нашел бы в себе силы подняться и жить. Я верю в тебя. Но тебе и не надо – я же здесь.
Он покачал головой.
– Нет. Я бы распался в прах прямо тут. Что ты обо мне теперь думаешь? Я все еще кажусь тебе сильным? Разве я тот, кого ты хочешь? – Он заглянул мне в глаза, умоляя меня сказать то, что он так хотел услышать, но я не знала, что это. Хочет ли он, чтобы я сказала, что его невозможно любить? Или что он недостаточно для этого сильный? Тогда эти уверения, которых он хотел от меня, были бы чересчур.
Он притянул меня к себе, и через несколько минут мы опустились на кровать. Я скинула туфли и накрыла нас одеялом.
Прислушиваясь к тихому дыханию Арчера, я закрыла глаза. Мы заснули лицом друг к другу, сплетясь руками и ногами, и наши сердца тихо стучали в унисон.
Позже, когда лучи полуденного солнца проникли по краям штор в окно спальни, я проснулась от того, что он стаскивал с меня джинсы и майку. Проведя руками по моему телу, он поцеловал меня, словно снова хотел убедиться, что я действительно здесь. Я обхватила его ногами за бедра и крепко сжала – и выражение облегчения у него на лице было душераздирающим. Он двигался во мне глубоко и сильно, и я уронила голову на подушку, вздыхая от удовольствия.
Наслаждение нарастало, и наконец я достигла предела, выкрикивая его имя, пока мое тело содрогалось в облегчении. Спустя пару секунд он догнал меня последними двумя рывками, уткнулся лицом мне в шею и несколько минут прерывисто дышал.
Я гладила его по спине, шепча на ухо слова любви снова и снова.
Через несколько минут он повернулся на бок, обнял меня и почти мгновенно уснул.
Я лежала рядом с ним в полутьме, прислушиваясь к его дыханию. Мне хотелось в туалет и в душ, ноги были липкими, но я не двигалась. Я инстинктивно чувствовала, что нужна ему тут, где есть. Немного спустя я тоже заснула, прижимаясь лицом к его груди, дыша им и сплетаясь с ним ногами.
Позже, когда я проснулась, я была одна. Солнце начинало садиться, и свет по краям штор был золотым и приглушенным. Я проспала весь день?
Я села и потянулась, и все мускулы протестующе взвыли. Наверное, я вообще не шевелилась, лежа в тесных объятиях Арчера.
Он вошел в спальню, обернутый в полотенце вокруг талии и вытирая голову другим. Его волосы уже немного отросли и начали слегка виться на спине и надо лбом. Мне это нравилось.
– Привет, – прохрипела я и подтянула простыню к груди. Он улыбнулся и присел на край постели. Еще минуту он рассеянно вытирал голову полотенцем, затем взглянул вниз, отложил полотенце и посмотрел на меня.
– Прости за прошлую ночь. Я распался, Бри. Мне было так страшно, и я не знал, что делать. Я снова был один и беспомощен. – Он помолчал, явно собираясь с мыслями. – Я… наверное, я спятил. Я даже не помню, как сделал все это в гостиной.
Схватив его за руки, я затрясла головой.
– Арчер, помнишь, что было со мной, когда я попала в западню? – Я махнула головой в сторону окна. – Я отлично тебя понимаю. Иногда страх побеждает нас. Я понимаю. Я последняя, перед кем тебе надо извиняться за это. Ты помог мне, когда со мной такое случилось, и теперь я сделала то же самое. Так и должно быть, понимаешь?