— Какая?
— Он не разговаривает.
Я моргнула.
— В смысле не разговаривает?
— В прямом. Он немой. Травма детства. Слышит все, понимает, но говорить не может. Общается жестами или через записки. Но в бою это не мешает. Даже наоборот, он не отвлекается на болтовню.
— Ладно, — я пожала плечами. — Молчаливый телохранитель — это даже удобно. Дальше.
Третья папка.
— Алан, — отец подвинул мне листы. — Двадцать один год. Самый молодой. Одаренный, сильный ментальный маг. Может читать эмоции, внушать мысли, создавать иллюзии. Очень полезно в мире, где надо скрываться.
Я просмотрела досье. Худощавый блондин с невыразительными чертами лица и цепким взглядом.
— Слишком спокойный, — заметила я. — На таких фото всегда видно, если человек нервничает. А этот смотрит так, будто на экскурсию собрался.
— Он всегда такой, — подтвердил Юрган. — Флегматик до мозга костей. Его даже на экзаменах чуть ли не пинками будить приходилось. Но когда надо — включается мгновенно.
— Флегматичный менталист, — хмыкнула я. — Звучит как оксюморон. Ладно, посмотрим. Четвертый?
Четвертая папка легла на стол.
— Брун, — отец назвал имя, и я сразу насторожилась. Что-то в его тоне изменилось. — Двадцать два года. Следопыт. Лучший в группе по выживанию в дикой природе. Охотник. С детства жил в лесах, знает все о травах, животных, слежке.
Я открыла папку и увидела лицо, которое заставило меня внутренне сжаться. Узкое, хищное, с тяжелым подбородком и глазами, в которых читалось что-то… непонятное.
— Что с ним не так? — спросила я прямо.
Отец и Юрган переглянулись.
— Пока ничего, — осторожно ответил отец. — Но у меня есть… подозрения.
— Какие?
— Его прошлое. Он из приграничья. Там было неспокойно в последние годы. Возможно, он контактировал с чужими.
— С кем? С инквизицией?
— Нет. С Изнанкой.
Тишина повисла в кабинете, густая, как патока.
— Ты думаешь, он связан с тварями? — спросила я тихо.
— Я думаю, что твари, которые напали на вашу экспедицию, появились там не случайно. И Брун — единственный из стажеров, у кого нет железного алиби на момент нападения. Он был в дозоре, один, почти час.
— И ты посылаешь его со мной? Зная это?
— Я посылаю его с тобой, чтобы ты за ним присмотрела, — твердо сказал отец. — Если он чист, отлично, получишь отличного бойца. Если нет, ты его вычислишь. И тогда мы узнаем, кто и как охотится за нашими экспедициями.
Я долго смотрела на отца. Потом перевела взгляд на Юргана. Потом снова на папку.
— Ты используешь меня как приманку, — констатировала я.
— Я использую тебя как детектор, — поправил отец. — Лучший детектор, который у меня есть.
Я вздохнула, закрыла папку и встала.
— Когда выдвигаться?
— Через три дня.
— Хорошо. Я пошла отдыхать и собираться. — Я направилась к двери, но на пороге обернулась. — Отец?
— Да?
— Если окажется, что ты прав, и Брун действительно связан с Изнанкой… я его убью. Ты же понимаешь?
— Понимаю, — кивнул Легарт. — На то ты и мой лучший инструмент.
Я усмехнулась и вышла. В коридоре меня догнал Юрган.
— Араш, подожди.
Я остановилась.
— Что еще?
— Береги себя там, — тихо сказал он. — Я знаю, что ты сильная. Но даже сильным нужна поддержка.
— У меня будет группа, — пожала я плечами.
— Группа — это не поддержка, — Юрган покачал головой. — Это ответственность. А поддержка — это когда есть кому сказать спасибо после боя. Или просто помолчать рядом.
Я посмотрела на него. Вспомнила Кая с его блокнотом, его искреннее восхищение и готовность сидеть у моей кровати сутками.
— Кай? — спросила я.
— Кай, — кивнул Юрган. — Он хороший парень. Дай ему шанс.
— На что?
— Просто быть рядом.
Я хмыкнула, хлопнула Юргана по плечу и пошла к себе. Три дня до нового задания. И целая жизнь впереди.
Глава 3
Счастье — это когда предыдущий п **ец уже закончился, а следующий еще не начался.
Переход в Ариан прошел в штатном режиме.
Это я так успокаивала себя, глядя на хмурое небо, нависающее над головой тяжелыми свинцовыми тучами. Местное светило, имевшее красивый почти оранжевый спектр, отчаянно пыталось пробиться сквозь облака, но пока проигрывало с треском.
Чтобы не вызывать подозрений, было решено представить меня как знатную льеру Мирам Тьеру, путешествующую вместе с братом, льером Стешем Тьером, в столицу, чтобы принять участие в ежегодных отборах для вступления в славные ряды ордена Инквизиторов, перстней Единого.