— Ты могла бы жить, — вдруг тихо произнес он. Глаза метнулись в сторону, и она уловила в них что-то… сомнение? — Если бы согласилась…
— Стать твоей подстилкой? — горько усмехнулась Лейла. — Ты об этом? Спрятать меня в подвалах инквизиции, навещать по ночам, пока остальные будут жечь таких, как я?
Он промолчал. И это молчание оказалось страшнее любых слов.
— Я лучше сдохну на костре, чем буду твоей тайной игрушкой, — выплюнула она, чувствуя, как вместе с гневом уходит последняя надежда. — Ты предал меня. Не тогда, когда приехал с отрядом. А когда решил, что долг важнее.
Он открыл рот, чтобы ответить. Дверь распахнулась. В комнату ворвались инквизиторы, черные тени в плотных одеждах, от которых разило железом и ладаном. Воздух наполнился запахом страха и скорой смерти.
— Пора, морден, — коротко бросил один из них, даже не взглянув на пленницу. — Великий Инквизитор ждет ведьму.
Морден, вот оно как. Не просто инквизитор, а морден. Тот, кто вершит суд. Тот, кто отправил на костер сотни таких, как она.
И он же клялся ей в любви. Лейла засмеялась. Сначала тихо, потом громче, истерично, надрывно. Слезы текли по щекам, но ей было уже все равно.
— Удачи тебе, морден, — выдохнула она, когда ее подхватили под руки и потащили к выходу. — Пусть Единый простит тебе твою любовь.
Она обернулась в дверях. Он сидел неподвижно, вцепившись в подлокотники так, что костяшки побелели. Лицо было застывшей маской. Но глаза… в глазах плескалось что-то такое, от чего у Лейлы перехватило дыхание.
Сожаление? Любовь? Ненависть? Какая теперь разница.
— Жаль, что ты не сгоришь вместе со мной, — прошептала она, прежде чем дверь захлопнулась. — Тогда бы узнал, каково это — гореть заживо.
Тьма коридора поглотила ее. А в груди разрасталась пустота, та самая, ледяная, бесконечная. И сквозь нее, как сквозь треснувший лед, пробивалась одна-единственная мысль, от которой хотелось выть.
Глава 1
Советов не просить! Потому что у меня чувство юмора сильнее чувства жалости. И это, знаете ли, не раз спасало мне жизнь.
Харгов мир!
Неделя по Лурговой пустоши, где только метровые колючки с ядовитыми самострельными иглами. И замаскированные под камни странные тараканы, у которых вместо щупалец клешни, причем такие же ядовитые. Все прелести воздействия последних я испытала на себе. Не смертельно, но и приятного мало. Чешется так, что хочется содрать кожу и выбросить ее куда подальше, а потом отрастить новую.
Столько же времени потратили, передвигаясь по непролазным скалам, напичканным норами с ползучими десятиметровыми гадами, так и норовящими сцапать кого-нибудь из нашего отряда и утащить в свою просторную, но далеко не уютную пещерку. Помимо перечисленных прелестей, с неба периодически совершали налеты пернатые хищники.
А саблезубые двухметровые твари вызывали большие подозрения об их разумности. Уж больно грамотно брали жертву в окружение, а если не получалось, то нападали на своих сородичей и разрывали на части самого слабого, поедая останки. Прямо как некоторые мои коллеги на планерках в Управлении.
Вот такое веселье происходило в компании пяти сотрудников исследовательского отдела ОССБ. Не самых расторопных и тренированных, к тому же. Трое из них женщины-ученые, без специальных навыков выживания. Милейшие дамы, спору нет, но в экстремальной ситуации от них примерно столько же толку, сколько от зонтика под водой.
Ничего против слабого пола я не имею, сама к нему отношусь. Но то я, отдавшая больше тридцати лет тренировкам с Мастерами в Храме Бога Хаоса и девять лет оперативной работе в отделе, возглавляемом Легартом Лендором Терманом — и по совместительству моим отцом. А женщины, которых я сопровождала в этот безжалостный и дикий мир, могли только передвигаться в достаточно быстром темпе, но не обладали никакими навыками самообороны. Бежать они умели, да. А вот куда бежать и от кого — это уже приходилось объяснять мне.
Для защиты экспедиции нас сопровождал один высший оборотень. Профессор легат возглавлял исследовательскую часть отряда. В его подчинении были только дамы. Мужчины были профессионалами, что давало нам определенное преимущество, если вдруг местные решат подкрепиться нашими тушками.