-И Хари-Хан?..
-Говорят, он каким-то образом ориентируется в своем Тумане. Об этом никто не знает. Так, слухи, не больше. Это очень плохо, Сай.
-Успокойся, мы что-нибудь придумаем, - Сай задумчиво почесал подбородок. Посмотрел на мальчика на диване. – Теперь, что касается тебя. Знаю, похоже на шантаж, но иного выхода у меня нет. Хочешь, чтобы я отдал тебя Тирамеру? – Уну как-то испуганно кинул взгляд в сторону задумавшегося короля. Пока тот был занят размышлениями по поводу своей королевы, мог не обращать внимания на провинившегося подростка. Но ведь когда-нибудь Тирамер примет решение, и вот тогда вернется гнев, который обязательно обрушится на причину всех бед и несчастий, что уговорила и помогла королеве совершить подобное безрассудство. Пришлось отрицательно качать головой. – Тогда…
-Погоди, Сай, - в разговор вмешался Зияр, который внезапно понял, куда ветер дует. – Только не говори, что ты собрался?.. Но Саросса говорила, что Ксонусу должны служить по своей воле!
-Рад, что ее слова для тебя не пустой звук, - на колкое замечание фыркнули. – Да, в чем-то ты прав. Однако должен заметить тебе, что служение Ксонусу – та единственная причина, по которой я могу не отдавать твоего друга королю, подданным которого он является.
-Но ты можешь его защитить!
-Разумеется. Но я не занимаюсь благотворительностью, за которую мне могут устроить хорошие проблемы, которых мне только сейчас и не хватало. А войну с северными островами сложно назвать пустым звуком. Именно поэтому, - взгляд синих глаз вернулся к подростку, - у тебя есть выбор. Либо будешь служить Ксонусу, либо отправляешься в руки Тирамера.
-Я бы не назвал это выбором, - хмыкнул Уну без особого энтузиазма. – Хорошо, я согласен. Когда приплывем к моему новому хозяину?
-Никакого хозяина нет, - коварно улыбнулся замешательству парня Сай. Достал из мешочка на груди заветный темно-синий многогранник, протянул Уну. – Вот – это Ксонус.
-Хм? – камушек послушно взяли в руки, повертели в пальцах. Уну поднял снежные глаза к лицу мастера Сая. – Это шутка?
-Нет, не шутка. Это Ксонус. Он в некотором роде живой. Подробности тебе расскажет Зияр, когда проснешься. Я же могу рассчитывать на твою помощь? – наклонили голову в сторону мальчишки у окна. Тот ответил колким взглядом черных как бездна глаз. – Вот и славно. Сейчас тебе нужно согреть камень дыханием и потереть.
-И все?
-И все. Твоя жизнь будет принадлежать ему, и никто не посмеет ее забрать. Кроме самого Ксонуса, меня и других мастеров. Зияр, если будешь не в настроении рассказывать о подробностях, позови на помощь Хеку, он поможет. Заодно, может, сам узнаешь, что интересное. Кстати, - Сай посмотрел в сторону двери. – Хека!
-Мастер? – в раскрытой двери показался знакомый силуэт.
-Как она?
-Все хорошо. Успокоилась и легла спать.
-Славно, - Сай указал на дремлющего подростка на диване. – Отнеси его к Зияру в каюту. Капитану потом скажешь, чтобы отплывали, как только появится такая возможность.
-Саросса была права? – Хека легко поднял подростка на руки. – Он тоже один из нас?
-Да. Можешь быть свободен. Зияр, ты тоже можешь идти.
-Спасибо за разрешение, - хмуро бросил будущий мастер и скрылся за дверью следом за Хекамиром.
Глава 26
В каюте Саросса провела две с половиной недели. Еду ей приносил Хекамир, однако перекинуться даже парой слов было нельзя. Сай запретил тому раскрывать рот в присутствии провинившейся. К концу плавания стало казаться, что наказание у мачты было еще милосердным и мягким. Вдобавок эти мысли, от которых теперь было абсолютно некуда деться. Но почему? Почему они стали неотъемлемой частью ее сознания? Ведь все было так хорошо прежде.
Может, не так и хорошо? Ведь сбежала же она на северные острова.
Саросса перевернулась на спину, уткнулась взглядом в потолок. Почему с каждым днем от мыслей об этом человеке становится так грустно и тоскливо? Потому, что ничего не изменить? Дни будут бежать вперед, ее ждет долгая жизнь, но ничего не изменится, пока она не сможет сделать следующий шаг. Будет снедаться терзаниями. Надо бы найти в себе силы сказать о своих чувствах. Но как это сделать, если и без того знаешь отношение к себе? О том, что ты – чудовище? С копытами и рогом.
Вниз к копытцам кинули взгляд. Наверное, стоило бы пожалеть о том, что когда-то давно с ней сделал Ксонус. Может быть. Но именно та ночь, та встреча была самым ярким и светлым пятном всей ее жизни, которая приобрела новый смысл и причину, чтобы не останавливаться.