Джей смотрел на Вивариуса и не мог поверить, что этот человек так ловко выбил у него из под ног почву. Все, что он сказал, неправда, но ответить нечего.
— Ты еще что-то хотел? — Спросил Вивариус, этим вопросом, он дал понять, что разговор окончен. Он предпочитал, когда последнее слово остается за ним.
— Да, — ответил Джей и молча ушел. Это сейчас ему нечего сказать, но последнее слово он оставит еще за собой, во что бы то ни стало.
Сельма Брекенридж уже не надеялась на то, что встретится с ним, за последнее время, он толи стал избегать ее, толи просто потерял интерес. Когда все только началось, у нее возникло чувство, что она больше никогда его не увидит. Правда, тогда она боялась, что он погибнет в сражениях, чего она боялась теперь — она точно не знала. На сегодняшний день для них все изменилось, он стал другим, даже не изменился, нет, стал совсем другим человеком, чужим для нее. Арена забрала Джея себе, отняла у нее, и Селли была не в силах вернуть его обратно. Говорят, что пока имеем — не ценим, потеряем — плачем. Селли готова была расплакаться, только сейчас она поняла, как на самом деле дорог был ей Джей. Она слишком увлеклась закладкой фундамента для своего светлого будущего, фундаментом мог стать Джей. Стремления достичь успеха иногда обыгрывают с людьми злые шутки, они занимают все мысли только собой, а тех, кто рядом просто незаметно. Джей оказался одной важной деталью в ее жизни, прошлом, настоящем и в том числе — будущем, а теперь этой детали не было, и Селли не знала, что делать.
Она хотела бы и могла попросить его начать все сначала… А могла ли? Она впервые в жизни была растеряна и не знала, где искать выход. Она не была уверена наверняка, захочет ли он теперь все возвращать обратно. Теперь он гладиатор, живая легенда, о нем говорят люди, его почитают и хотят. Он за короткое время стал недосягаем для нее. Одна ее половина, та, которая хорошо знала вчерашнего Джея, говорила ей, что он остался прежним, другая — та, которая лучше видела действительность, уверяла, что все кончено, Селли не понимала, которой из них верить.
Женщина, привыкшая жить для завтрашнего дня и верить только фактам, знала, что развеять все сомнения можно только одним способом — поговорить с ним. Но ей было страшно услышать ответ. А если он скажет «да», а ее желания снова изменятся? Селли безнадежно запуталась в самой себе. Трудно всю жизнь четко знать, чего хочешь, и в одно мгновение понять, что это лишь иллюзия, что на самом деле не знаешь ничего.
И его снова не было, он где-то пропадал, и никто ей не мог сказать, где он. Желание увидеться с ним подавляло все остальные желания. Казалось, она готова продать душу за простой, пусть даже короткий разговор с ним, просто узнать как дела, как погода, какие новости. Глоток воды, которого так не хватает. Никто не мог ей помочь, здесь она для всех была чужой.
— Зачем он вам? — Голос словно прозвенел в голове, и Сельма подняла взгляд в поисках того, кто к ней обратился. Люди, занятые своими делами, не обращающие внимания на нее, но ведь кто-то ее только что спросил. Какая-то женщина.
Непроизвольно, словно ее взгляд специально направили, против ее воли — Сельма увидела девушку в черном, моложе ее самой. Она казалась Сельме очень независимой, неприступной как скала, а взгляд ее проникающим, как рентгеновские лучи. Она сидела за столиком небольшого кафе под открытым небом напротив здания Колизея Арены, но слишком далеко, чтобы Сельма могла услышать ее, если бы она обратилась к ней. По началу, Сельма решила, что ее взгляд случайно зацепился на этой девушке, но вблизи больше никого не было, кто мог бы заговорить с ней. Продолжая смотреть в глаза девушке в черном, Сельма подошла к ней ближе и обратилась, начав с извинений:
— Простите, мне показалось, что вы о чем-то спросили меня?
— Да, я спросила, зачем вам Райбак, но можете не объяснять, я уже знаю это, и знаю кто вы. Он о вас рассказывал, Сельма.
Голос звучал в голове так звонко, будто разговор происходил в большом пустом помещении, Сельма испытывала странные чувства, общаясь с этой странной женщиной, но никак не могла понять, что же ее так смущает.
— Присядете? — Последовал вопрос, одновременно приглашение присесть за столик, и Сельма медленно, словно боясь, что ножки стула подпилены, присела напротив.
Сначала девушка долго изучала Сельму взглядом, и от этого последней стало неловко:
— Меня немного смущает ваш взгляд, я не понимаю, вы знакомы с Джеем? — Поторопилась начать разговор Сельма.
— Меня зовут Электра. — Представилась девушка.
— Очень приятно, — тихо проговорила Сельма, неуверенно улыбнувшись. Это странное знакомство действовало на Сельму как-то подавляюще, у нее закружилась голова и она почувствовала слабость во всем теле. Сельма сделала короткое движение официантке, дав знак, что хочет сделать заказ. Официантка — совсем молоденькая девочка молча приняла заказ — стакан холодного тоника, и молча отправилась его выполнять.
— Кто вы? — Спросила Сельма.
— Я и Джей в одной команде. — Коротко ответила Электра.
Женщина — гладиатор. Сельма никогда не общалась с подобными людьми, они казались ей такими далекими. Тем более, найти с ними общий язык, Сельма сомневалась, что такое вообще возможно. Круг ее общения ограничивался деловыми людьми, друзьями, с которыми она была на короткой ноге, которые были ей близки по духу, с одинаковыми стремлениями и вкусами. Джей был немного другим — проще, но он был особенным другом, из тех, какие бывают в количестве не больше единицы, тем, кому она могла доверить себя полностью. А что касается этой женщины, то Сельма не смогла бы никогда быть с ней на равных, она для Сельмы была слишком сильной личностью.