После боя я не сказал ни одного слова, вплоть до прибытия в лудус. Руша тут же убежал подсчитывать выигрыш, а меня отвели к лекарю. Он довольно быстро подлатал мои руки и сказал, что с теми зельями, которые оплатил господин, все заживет за несколько дней.
Сейчас уже, ближе к полуночи, я начинаю вспоминать все, что произошло после боя. Как меня увели с белого квадрата смерти, как я садился в повозку, как терпел боль и молился о том, чтобы все это поскорее закончилось. Я помню, как меня завели в лудус и все смотрели на мои руки, на мое измученное и совсем нерадостное от победы лицо. Как на меня презрительно смотрел Клаус, как сожалеюще смотрели Гордон и Бардус, и с каким страхом в глазах на меня смотрела Малента. Я думал, что я просто игрушка для нее или средство достижения цели, но она правда за меня боялась. Я бы умилился в тот момент, если бы мог хоть что-нибудь чувствовать, кроме боли.
Господин пришел ко мне уже глубокой ночью, когда закончил со всеми делами. Он видел меня, мое состояние, но не проронил ни слова об этом.
— Твой выигрыш составил пятьсот вуан. Так зарабатывать гладиаторы начинают только на пятом уровне. А там, поверь мне, противники куда опытнее и серьезнее, чем этот орк.
— И тем не менее этот орк чуть не убил меня. То, что я сегодня выиграл – просто обычное везение.
— Нет, не везение, а твоя смекалка. Ты бы одолел его своей первой атакой, если бы захотел, но начал играть с толпой, будто ты на арене. Если хочешь выигрывать в подобных боях, то тебе нужно забыть о правилах арены. Там внизу есть только одно правило – убей.
— И как мне перестроиться на подобный бой, если и от арены мне отвыкать нельзя. Я же буду участвовать на арене?
— Будешь, если выживешь на подпольных играх.
— Сколько еще боев?
— Здесь принцип игр строится немного по-другому. Сколько осталось боев я пока не знаю, поэтому просто отдыхай, набирайся сил и верь мне. Вместе мы с тобой заработаем кучу денег. Ты на каждом уровне будешь самым сильным бойцом, потому что настоящая сила именно в деньгах. Лучшая экипировка позволит тебе получать такие преимущества, которых не было еще ни у одного гладиатора.
— Это не считается мошенничеством?
— В каком-то смысле это можно так истолковать, но когда ты дойдешь хотя бы до шестого уровня и увидишь настоящих мошенников, то будешь благодарен сам себе, что подготовился к встрече с ними. Там используют магию, которой вообще не должно быть на арене. Используют на шестом или седьмом уровне экипировку с десятого уровня. Да, их, возможно, потом снимут с игр, но ты-то уже будешь мертв к тому моменту, если не подготовишься. А постоянно оживлять тебя у меня не хватит денег. Да и к тому же довольно редко получается забрать с арены тело в первые сутки.
— Значит, я должен сейчас привыкнуть, что мне нужно просто убить? Без театральщины, без внимания толпы – просто любым способом убить противника?
— Да! И чем раньше ты к этому привыкнешь, тем лучше же будет для тебя.
Господин ушел, оставив меня наедине со своими мыслями. А я так не хотел с ними оставаться. Они меня добьют раньше, чем это сделает очередной противник на любых играх.
— Не о том мечтает гладиатор, когда ему говорят, что помимо уровневых игр есть еще и другие, верно? — послышался голос Гордона.
Я повернул голову и увидел, что в дверном проеме стоят Гордон и Малента. Эльфийка молча сразу же бросилась ко мне в объятия. Я, к сожалению, не смог ответить ей взаимностью, потому что руки меня до сих пор не слушались.
— Скверно выглядишь, брат, — снова сказал Гордон.
— Ты бы видел моего соперника.
— Да Руша уже всем растрепал, что ты буквально прогрыз в его глотке дыру. Ну ты даешь… Тебя бы обходить стороной за такие выкрутасы.
— Это зависть в тебе говорит?
— Скорее отвращение. И, наверное, страх. Признаюсь честно, я очень плохо отношусь к подобным боям, но, возможно, лишь потому что сам бы никогда не осмелился там участвовать. Страшно представить, что за звери там обитают и на что они способны.
— Они способны прогрызть любому глотку, — я усхемнулся.
— Скажи хотя бы, награда оправдала пережившие страдания?
— Пятьсот вуан. Немного, но больше, чем на арене.
— Пятьсот… — задумчиво повторил за мной Гордон и замолчал.
— Виктор, поговори с господином еще раз, пусть и меня возьмет на подпольные бои.
— Боги! — вскричал Гордон. — Ну ты-то куда? Я понимаю, что Виктор изначально пришел с настолько безумной идеей, что сразу понятно, что он псих. Но тебе это зачем? Ты же брата своего ищешь, который пропал, а не стал постоянным бойцом каких-то игр. Если бы и стал, то о нем бы уже весь город знал.