Когда мы проходили по крайним бедным районам, то ни один бомж не попался мне на глаза. Я это свалил на то, что они все знают, где я последнее время участвовал и на что способен. Не знаю почему, но у меня аж грудь вперед подалась от этой мысли, что меня боится целый район. Район бомжей.
Мы с Маликой шли все время молча. Я видел ее насупившиеся брови и сгустившиеся губы, будто она концентрировалась на чем-то. Я пытался несколько раз с ней заговорить о том человеке, о Зеленом пламени, о боях, даже о ней самой, но в ответ всегда получал одно и тоже:
— Дай мне подумать.
Я всегда предполагал, что она хотела подумать над ответом, а она хотела просто подумать. Ох эти женщины.
На рынке Малика без труда нашла тот самый ларек ключника. То, что Малика пользуется словом «ларек» уже было огромным чудом, но в город мы пришли, чтобы узнать о другом чуде – как шестеро людей поместились в таком маленьком ларьке?!
Я целенаправленно пошел в его сторону, но краем глаза заметил, что Малика начала отставать. Я обернулся и увидел, что она скрывается в толпе.
— Я не буду туда лезть. Ты здесь для этого, — сказала она и пропала в толпе.
Вот и приплыли. Я-то шел такой уверенной самонадеянной походкой, потому что нас было двое. А один я теперь не такой смелый. Кто же мне спину прикроет?
Несмотря на весь свой мандраж, я все-таки пошел к этому ларьку. Но не успел я приблизиться до него, как услышал знакомый голос.
— Что ты тут делаешь? — голос кашляющей собаки.
— Что? — удивился я и обернулся. — Александр? Тебе какое-то дело до этого?
— Каждый раз, когда ты уходишь в город – случается какая-то задница. В последний раз даже одного из гладиаторов убили. Я видел, как вы ушли с Маликой, но в какой-то момент она просто пропала из виду. Я уверен, что вы что-то задумали.
— Не твое собачье дело, что я здесь делаю. Отвали, щенок! — у меня не было времени на долгие разговоры, убеждая гнолла, что я здесь закупиться припасами пришел.
Только я повернулся к ларьку, чтобы дальше продолжить свой шаг, как мне в лицо прилетело чем-то тяжелым. Я отключился. Но пока я падал на землю и еще был в сознании, я услышал еще один точно такой же удар. Видимо, Александру тоже прилетело.
И снова меня бьют по голове, снова чувство жжения в запястьях от оков и снова я стал безвольным рабом. Когда я открыл глаза, то увидел перед собой пустую серую комнату. Пол здесь был пропитан кровью, на стенах видны царапины и сколы, а единственным выходом была дверь, что находилась прямо передо мной. Я сидел на стуле с заведенными и связанными руками за спиной. Я всегда хотел сняться в ментовском сериале. Только играть я хотел мента, а не ту жертву в начале серии, которую убивают, а умный и харизматичный следак начинает расследование.
В комнату вошел человек. Как и положено: угрюмый, злой, со шрамами на лице. Я сразу обратил внимание на одну незначительную деталь – его кулак был размером с мою голову. Но даже это было не самым угрожающим. Самым пугающим элементом было металлическое ведро в его руке, в котором что-то лежало. Это было загадочно и жутко.
— Ты кто такой? Где я?
Мужик молчал, словно меня и не было здесь. Он спокойно поставил ведро на пол, вышел обратно через дверь и занес в комнату еще один стул. Этот человек был до жути спокойным, все его движения были размеренными и неспешными. Кажется, я нарвался на профессионального палача.
Мужик сел на стул напротив меня, задрал мне накидку, закинув ее мне за голову, чтобы она не спадала на грудь и улыбнулся. Это была поистине зловещая улыбка, какую носят психопаты и маньяки-убийцы. Я пытался еще с ним поговорить, но он не реагировал на это. Тогда я стал просто наблюдать, потому что выбора у меня больше не было.
Мужик взял в руки ведро и достал оттуда свечу, резинку и… крысу. Я уже догадывался, что будет происходить дальше, но не хотел в это верить. Он привязал резинку к ведру, кинул в него крысу и закрепил ведро на моей груди. Щелкнув пальцами, этот недоделанный Гудини создал искру и ей поджег свечу.
Мужик снова на меня посмотрел и спросил тихим легким голоском, как у самого счастливого деревенского мужичка:
— Где мне найти логово Зеленого пламени?
— А я откуда знаю?
Он поднес свечу к ведру. Таким маленьким огоньком ведро будет долго нагреваться, но чем дольше мы будем ждать, тем больше я буду сходить с ума от мысли приближающейся смерти.
— Где. Мне. Их. Найти. — Он проговаривал каждое слово отдельно, будто давая мне время подумать над ответом.
— Я не знаю, шлюхин ты сын! Развяжи меня!