- А когда появятся, будет уже поздно что-то объяснять, - хмыкнул Виктор.
- Хорошо, что вы это понимаете, - Иотал вздохнул. - Плохо, что этого не хотят понимать ваши политики.
- Иотал, вы же прекрасно понимаете, что у нас свобода выбора существует только на словах. Выбирают не достойнейших, а тех, кто на данный момент всех устраивает - это не одно и то же.
- Так-то оно так, Виктор, - я был вынужден с ним согласиться. - Но я не хочу, чтобы нас лечили от этого шоковой терапией, как предков Даги.
Хисаанка, услышав своё имя, вздрогнула и вопросительно посмотрела на Виктора. Тот успокаивающе сказал что-то на её родном языке.
- Я ещё не сталкивался так близко с представителями расы хисаан, - сказал Иотал. - Если вы позволите, мистер Паркер, я хотел бы поговорить с уважаемой Даги наедине. Извините, мне понадобятся услуги одного лишь Виктора.
Я кивнул, почувствовав лёгкий укол обиды: меня к этой беседе не пригласили.
- Извини, старина, - Виктор похлопал меня по плечу. В его тоне я заметил нотку скрываемого превосходства. - В другой раз.
Вот теперь я наконец понял, почему европейцы недолюбливают русских.
АЛЕКСАНДР КОМАРОВ. НЬЮ-ЙОРК
Никогда бы не подумал, что можно быть такой сволочью и выглядеть таким ангелом.
- Вы что-то хотели мне сказать, инспектор?
Принцесса лучезарно улыбалась, но этим меня уже не проведёшь. Руку мне кто сломал? Дух святой?..
- Да, принцесса, - я убеждённый сторонник демократии, и кланяться Ахоне, как делали некоторые не слишком умные люди, не стал. - Могу я видеть вашего брата?
- Братец сейчас занят - говорит с президентом Соединённых Штатов. А я, как у вас говорят, за него.
- Простите, мадам, с вами у меня нет желания разговаривать.
Ахона тихо засмеялась.
- Вы злопамятны, Алекс, - она села в обыкновенное офисное кресло по-королевски грациозно. - Я же забыла, как вы обещали выкрасить салон автомобиля моими мозгами... Или за вас говорит уязвлённое мужское самолюбие?
- Принцесса, я ненавижу террористов.
- Бросьте, Алекс, - она взмахнула длинными, загнутыми кверху ресницами, продолжая улыбаться. - С нашей стороны были только средства. А как ими воспользовались - это уже на совести ваших недоумков, которые вообразили нас посланцами Всевышнего... Кстати, последние данные генетической экспертизы подтверждают прямое родство шанту и людей.
- Вас это должно радовать, - усмехнулся я, вспомнив, что у них психические и генетические нарушения распространены примерно так же, как у нас грипп. Ахона психопатка с садистскими наклонностями. У принца Катиара по последним агентурным данным - акромегалия. Всё время какие-то порошки глотает, чтобы эта болячка его не изуродовала. Их постоянный спутник и советник Агелар бесплоден, как камень. Ну, и так далее.
- Вы правы, мой угрюмый инспектор, - засмеялась Ахона. - Меня радует этот факт. Это огромное счастье - после долгих поисков встретить родственников. Вы ещё не вышли в дальний космос, и потому не представляете, насколько редка во Вселенной разновидность именно нашего типа. Всякие серые, ушастые, когтистые и прочие уроды не в счёт.
- А также светящиеся и пахнущие озоном, - добавил я. - Так?
- Натья - только с виду такие миролюбивые, - Ахона сразу стала похожа на готовую к прыжку кошку. - Их оружие - не лазеры или преобразователи мерности пространства, а их змеиные языки. Они способны кого угодно заморочить своей ложью.
- Христос говорил: судите о дереве по плодам его, - я молча смотрел в окно офиса, за которым виднелось серое небо, сочившееся мелким дождём. - Пока что от Иотала я видел только хорошее.
- Они умеют ждать, Алекс. Им отпущен гораздо больший срок жизни, чем вам или нам.
Я обернулся и внимательно посмотрел на принцессу. Её золотистый облегающий комбинезон так и сверкал под лампой дневного света, чётко обрисовывая идеальную фигуру.
- И вы готовы в ближайшее время предоставить нам убедительные доказательства подлости натья, не так ли? - спросил я, саркастически улыбнувшись этой стерве.
Впервые за всё время Ахона посмотрела на меня с какой-то долей уважения.
- У вас богатый полицейский опыт, - промурлыкала она, не подав и виду, что недовольна моей догадливостью. - На планете Шанатра вы сделали бы блестящую карьеру при дворе моей матушки, императрицы Арес.
- Которая закончилась бы на электрическом стуле, или что у вас там применяется для казни, - я домыслил недосказанное.
- Это зависело бы от ваших личных качеств, Алекс.
- Извините, угождать императорам не умею. Потому как плебей, к тому же, гордый.
- Я это заметила, - Ахона тонко усмехнулась. - Но у наших сословий прозрачные границы. Талантливый плебей может заместить посредственного придворного, если захочет.
- Мадам, вы, кажется, меня на что-то уговариваете?
- Я раскрываю перед вами перспективу получить со временем огромную власть. Вам, людям, как нашим родственникам, отныне открыт путь к любой должности в империи Шанту.
- Это юридически неграмотно, принцесса. Земля - что-то вроде отдельного государства, и она в империю Шанту не входит... Или у вас другие планы на будущее?
- Я не могу знать, что на уме у моей матери.
- А я - тем более не могу этого знать. Поэтому, принцесса, мне было бы желательно побеседовать с вашим братом.
- Престол империи наследую я, Алекс, - Ахона соблазнительно изогнулась в кресле.
- Мне безразлично, кто у вас наследует престол, - грубовато ответил я. - Меня интересует политическая сторона наших отношений, а ваш брат как раз заведует этим вопросом.
- Фу, какой вы невежа, - усмешка принцессы стала похожа на оскал тигрицы. Что ж, это простительно для правоверного республиканца. Братец через ...два земных часа освободится, я скажу ему, что вы хотели с ним поговорить.
- Буду очень признателен, - я припомнил фразочку из репертуара куртуазного восемнадцатого века. Кажется, именно тогда у нас процветали всяческие императоры и принцессы. - До свидания, мадам.
- Не пренебрегайте моим обществом, Алекс, - Ахоне тоже вспомнилась наша романтическая литература. - Кто знает, каким боком однажды повернётся госпожа удача? Моя мать уже в солидном возрасте. Возможно, в скором будущем моё имя существенно сократится.