- Ты говоришь, как наши предки, - тихо сказал Эктахан, не ждавший такой отповеди.
- Разве они не говорили, что каждая жизнь - ценность?.. Нет? Мы, люди Земли, заплатили и продолжаем платить за это знание слишком дорогой ценой.
Хисаан начали перешёптываться между собой: кажется, мнения у них разделились. А я с укором посмотрел на Даги. Рассказывая о своей родине, она уделила много времени истории, легендам и верованиям хисаан, но о недавних событиях упоминала исключительно вскользь. И только сейчас, немного побеседовав с их лидером, я сообразил: у них на планете далеко не всё в порядке.
- Я хочу говорить с вашими правителями, хаэ, - выдал Эктахан, посовещавшись со своим окружением. - Я раздвоился.
- Здесь представители нашей власти, - я посторонился, подпуская к камере Сашу Комарова и француженку Карин. - Они не знают языка хисаан, я буду переводить.
- Я готов говорить с ними, если Земля готова вступить с нами в союз против шанту, - сказал Эктахан, а я добросовестно перевёл.
- Мы не можем решать такие вопросы от имени всей Земли, - ответила Карин. Не сердитесь, уважаемый. У нас есть встречное предложение. Вы официально заявляете о начале дипломатических отношений с Землёй, мы обмениваемся посольствами, а потом обо всём спокойно договоримся.
- Но вы уже договорились с презренными шанту!
- Мы, как самостоятельная планета, имеем право заключать договоры с кем угодно. Если между вами и шанту война, мы готовы предложить посредничество, сказал Комаров.
- В переговорах? Мы можем говорить с вами, но не с ними.
- Знаете, уважаемый Эктахан, - Сашка усмехнулся. - Я тут немного пообщался с шанту, и вполне понимаю, откуда у вас такая ненависть к ним. Но и вы нас поймите: если хисаан и шанту начнут выяснять здесь отношения, наша цивилизация погибнет. А мы тоже хотим жить.
Эктахан, выслушав мой перевод, повернулся к сородичам.
- Эти хаэ могут быть нам полезны, - сказал он. - Пусть между нами будет ВРЕМЕННЫЙ мир.
Я перевёл это для людей, и краешком глаза заметил, с каким облегчением вздохнул Иотал.
- Согласны, - ответил ближайший к нему хисаан. - Я, Илан Иори, готов быть посланником на Земле.
- Даги Огери уже знает один земной язык и изучает другие, - я решил замолвить словечко за нашу подругу.
- Она будет советником посланника, - проговорил Эктахан. - Но пусть не надеется когда-нибудь вернуться. Она выбрала вас, пусть с вами и живёт.
- Я вернусь, Эктахан, - мрачно пообещала Даги.
- Ты опять хочешь расколоть наше общество?
- Мы с тобой потом поговорим. Наедине.
Хисаан отключили связь.
- Они согласны заключить с нами временный мир, - пробурчал я. - Если я что-то понимаю, нам оказана великая честь.
- Не иронизируйте, Виктор, - сказал Иотал, который не скрывал радости. - Вам действительно удалось то, чего до сих пор не удавалось никому - заключить с хисаан хоть какой-то договор.
- Я надеюсь, хисаан будут соблюдать его не так, как шанту? - Саша Комаров устало присел на край стола.
- Хисаан не нарушают слова, - Даги стрельнула в него острым взглядом. Под моим мудрым руководством она уже начала кое-как говорить и по-английски. Эктахан был мой друг, теперь враг: он хочет убить Хиати.
- Даги, ты наконец расскажешь мне, что у вас там произошло? - я заговорил на её языке. - О каком расколе говорил Эктахан?
Хисаанка долго молчала, будто прикидывала, стоит ли с нами так откровенничать, или не стоит.
- Я виновата, - нехотя сказала она, подумав. Сказала опять по-английски. - Я привезла Хиати, стала ей как мать. Многие хисаан увидели - не все хаэ враги. Другие сказали: это исключение, которое подтверждает правило. Пока я была власть, Хиати росла как дети хисаан. Она способнее, чем наши дети. Хисаан раздвоились. Одни верны законам предков, другие решили быть друзья хаэ планеты Хатанна. Раскол. Потом - выборы. Эктахан сказал: будем едины, уничтожим хаэ. Он победил, я взяла Хиати и бежала. К вам. Это всё.
- Ничто так не сплачивает общество, как ненависть к врагу, - с грустной иронией проговорил Иотал. - Но зато ничто его так не разлагает, когда этот враг уничтожен... Виктор, мои искренние поздравления, - он пожал мне руку. - Не думал, что на Земле так много людей исповедуют принципы, близкие к нашим. Странно, что при этом у вас не прекращаются войны.
- Странно, что мы не вымерли ещё десять тысяч лет назад, - пробурчал Комаров. - А теперь я должен вам всем кое-что сказать. Полтора часа назад я чуть не стал барельефом на стене гаража. Взорвалась моя служебная машина. А случилось это сразу после того, как я вытянул из Катиара кое-какое соглашение.
Он достал свой диктофон, перемотал плёнку и включил. В комнате зазвучал приятный голос Катиара. "Во имя блага империи Шанту я, Арес Катиар Тай, принимаю посредничество людей в переговорах шанту с расой хисаан, и клянусь ни словом, ни действием не нарушать официальный договор, заключённый мной от имени империи с народом и правителями планеты Земля. Да покарают меня мои богоравные предки, если я нарушу эту клятву..."
- И так далее, - сказал Сашка, щёлкнув выключателем. - Конечно, после этого у Катиара был повод угрохать меня. Но не слишком ли быстро он это провернул? Чтобы поставить бомбу в машину, надо хорошо подготовиться, подследить удобный момент...
- Вы следователь, вам и карты в руки, - мрачно проговорил Иотал. - Я вас предупреждал, что шанту - опасные противники.
Комаров как-то странно посмотрел на него, но промолчал. К нам подошли техники, записывавшие видеоразговор с хисаан.
- Запись хорошая, качественная, - сказал один из них. - Нужен только перевод.
- Это ко мне, - я наконец получил возможность отвлечься от мрачных мыслей.
- Вы собираетесь прокрутить эту запись нашим шишкам? - хмыкнул Комаров, поймав за манжету руководителя этой лаборатории. - Я бы на вашем месте пустил её по всем телеканалам.
- Зачем? - удивился тот.
- Так, для смеха.
Начальник лаборатории понимающе улыбнулся.
- Сделаем, - кивнул он.
Ох, до чего же Сашка не любит всяческих правителей... Не свернул бы он шею на этой дорожке.